↑ Наверх ↑
     Исторический сайт

Новости истории
Статьи и заметки
  - Археология
  - Всеобщая история
  - Историческая поэзия и проза
  - История Пензенского края
  - История России
  - Полезные и интересные сайты
  - Разное
  - Тесты по истории
  - Шпаргалка
Конкурс работ
Создать тест
Авторам
Друзья сайта
Вопрос-ответ
Мы в Дзене
О проекте

Добавить в закладки

Новые статьи:

Ученые восстановят запах духов Марии-Антуанетты
........................
Раскрыта жизнь динозавров до падения астероида
........................
Найдено место крупнейшей катастрофы на Земле
........................
В Шотландии нашли клад опального претендента на английский престол
........................
Историки нашли застрявших в древней посуде тысячелетних насекомых с помощью рентгена
........................

1 | 2 | 3 | 4 | 5

А.Г. Габричевский: жизнь в полоску.

(Статья)
Раздел: История России
Автор: Гальцова Дарья Николаевна, Караборчева Софья Валериевна
Автор: Гальцова Дарья Николаевна, 9 класс МКОУ Новокурлакская СОШ Воронежская область Аннинский район С. Старый Курлак
Караборчева Софья Валериевна, 9 класс МКОУ Новокурлакская СОШ Воронежская область Аннинский район С. Старый Курлак
Руководитель: Макаров Николай Александрович, учитель иностранных языков

«По зимам семья жила в Москве, где у них было два дома, в Чернышевском переулке и Скотининском. Оба дома по двенадцати комнат. В одном доме жила семья, а другой использовался как школа для детей, их ведь было пятеро. Туда в назначенное время приезжали учителя.
Семья жила скромно. Балы устраивали редко, только в особо торжественные дни. Обедали всей семьёй, старик (Александр Владимрович) сидел на особом месте. Ел очень мало, в отличие от учителя-француза: тот откусывал непомерно огромные куски хлеба, поглощал за один присест одних отбивных котлет до пятнадцати штук. Старый Станкевич любил свежую рыбу, перепелов. Никогда не ел сала. За обедом выпивал рюмку вина марки «Марсель». Елена Васильевна Габричевская занимала место рядом с ним. Следила, нравится ли ему еда, спрашивала, что ему приготовить. Сама ела мало, любила итальянское вино. Рядом с Еленой Васильевной сидели девочки со своими гувернантками, немкой и француженкой. Дальше мужское общество: сыновья и их учителя, а также Габричевский-старший и его брат.
Повара были нерусские. Особенно хорошо готовили рябчиков, старались угодить старому барину. Жаркое, фрукты, жареные гуси, индейки, мороженое – это особенно нравилось молодёжи. Много продуктов привозилось из Курлака.
Было много книг, девять шкафов, в Курлаке их было меньше. В московском доме была специальная комната-библиотека.
Летом, вернее, весной всей семьёй уезжали в Курлак. Там готовились к приезду господ. Аллеи приводились в порядок, разметались дорожки, посыпались песком, чистился парк. Из оранжереи выносились цветы, кадки с пальмами, расставлялись по главным аллеям. Приводился в действие фонтан. В доме никому не было покоя, начиная с управляющего и кончая садовником.
До Анны ехали поездом, а из Анны на собственных экипажах. Ко времени прихода поезда из Курлака прибывали тройки. По прибытии в Курлак все шли в приготовленную баню. Старый барин уходил в свой кабинет, который был обит светлым плюшем. Кабинет служил ему и спальней.
Он уже был не так бодр, часто болел, строго наказывал закрывать форточку: «Я могу простудиться». В Курлаке ему готовили любимую пищу: гречневую кашу, отбивные котлеты из куриного мяса.
Девочкам отводились лучшие комнаты. Учителя жили частью на втором этаже дома управляющего, частью в главном доме.

Старому Станкевичу часто читали вслух, он уже неважно видел.

В день приезда все слуги выходили за ворота, чтобы поцеловать ручку старику. Он был очень доволен». [9, стр. 82-84]

Воспитывали детей в ласке и неге. Но никогда не учили дурному. Единственное порицание от деда было таким:

«Если кто-нибудь из его малолетних внуков шалил или вёл себя неподобающим образом, Александр Владимирович говорил с характерной интонацией:
- Дурак, дурак, бойся Бога!» [4, стр. 166]

Мы нашли любопытную выписку из церковно-приходской метрической книги Новокурлакской церкви:

«7.06.1906 г.:

Владимир. Родители - Харьковской губернии и уезда села Берёзова крестьянин Иван Михайлович Радченко и жена Параскева Ивановна.
Крестили: сын профессора Московского университета Александр Георгиевич Габричевский и Харьковской губернии крестьянка Параскева Тимофеевна Азарова».

Это говорит о том, что юный Габричевский участвовал в повседневной жизни села. Его крестником стал младший брат Н.И. Радченко, который потом переписывался с краеведами и даже не один раз приезжал сюда, а кумой – никто иная, как няня Параша.
Вот в такой атмосфере проходило детство А.Г. Габричевского. Можно только позавидовать, что он получил такой стартовый толчок.
Когда кончается детство? Наверное, у каждого это бывает по-разному. Нам кажется, что для А.Г. Габричевского оно закончилось в 1907 году, когда совсем не старым (в 47 лет) умер его отец Георгий Норбертович. Он стал как бы старшим в семье, у него появились новые заботы и обязанности.

Пора совершенствования.

Из различных источников нам известна линия жизни А.Г. Габричевского. Но нам хотелось бы в своей работе использовать те источники, которые можно назвать оригинальными, то есть до сих пор неизвестными или малоизвестными.
Мы знаем, что в 1908 году он экстерном окончил гимназию, что в 1910 году поступил на историко-филологический факультет Московского университета (МГУ). Но к тому времени он уже был вполне образованным человеком. Как он сам говорил, ему необходимо было усовершенствоваться.
Последний раз в Новом Курлаке А.Г. Габричевский побывал в 1912 году. 27 июля этого года умер А.В. Станкевич. По его духовному завещанию усадьба в Курлаке отошла его племяннику А.И. Станкевичу. Габричевским достался дом в Москве и деньги в сумме семи миллионов рублей.
Габричевские никогда больше не приезжали в Курлак: им не хотелось быть нахлебниками в доме, где они когда-то были хозяевами.
А.Г. Габричевский так написал новокурлакским краеведам:

«Александр Владимирович Станкевич (1821-1912) был младшим братом Николая Владимировича, поэта, мыслителя и основателя известного кружка, которому посвящается монография Алексея Ивановича Станкевича.
Что касается других братьев, Ивана Владимировича и Иосифа Владимировича, так же, как и Александр Владимирович владевших имениями в Воронежской губернии, важно то, что сын Ивана, Алексей, написал книгу о Николае Владимировиче.
Сам Александр Владимирович, в доме которого я родился и вырос и с которым не расставался до самой его смерти, последовавшей в Курлаке от брюшного тифа, был типичным «западником», человеком широко образованным, гегельянцем и большим поклонником и знатоком Гёте (последнее было унаследовано и мною, который был одним изглавных участников юбилейного переводного издания Гёте в 1932 г.).» (Письмо от 20.07. 1964 г.)

В 1914 году А.Г.Габричевский стал студентом Баварского университета. Именно там, в столице Баварии Мюнхене, тогда была сосредоточена та область, которая его увлекала: теория искусства. То есть не отдельные части – живопись, скульптура, архитектура, музыка, литература, а всё вместе.
Нас поразило то, что студенты Баварского университета давали клятву (она помещена в книге «Александр Георгиевич Габричевский: биография и культура: документы, письма, воспоминания»). Мы знаем, что клятву раньше давали пионеры, врачи дают клятву Гиппократа, солдаты приносят присягу. А вот чтобы давать клятву при поступлении в университет, мы не слышали. Здорово!
Но в Мюнхене А.Г. Габричевский пробыл недолго – вмешалась история: началась Первая мировая война. Германия была врагом России, и А.Г. Габричевский вынужден был вернуться в Россию.
Он был замечательным, умным студентом, но, как все студенты, не всегда был готов к экзамену. О.С. Северцева со смехом рассказала нам о таком случае. Однажды Александр на экзамене вытянул билет, на вопросы которого не знал ответов. Тогда он сказал профессору, что не смог подготовиться, потому что обременён большой семьёй: у него полон рот забот. Профессор ответил ему на это: «Саша, я каждый четверг бываю у вас на обеде».
Вскоре наступили страшные времена: революция и гражданская война.
Мы не знаем, как отреагировал на эти события А.Г. Габричевский. Но можем себе представить, в каком положении оказалась семья. Их, дворян, посчитали лишними в этой стране. В школьном архиве есть выписка из дневника Александра Алексеевича Станкевича, сына последнего владельца курлакской усадьбы:

«22 мая, вторник, 1918 год.
Только подумаешь, сколько времени я не описывал пережитых событий, взглядов своих и чужих, душевных страданий и состояния нашей былой великой России и постепенную её гибель. Так как-то чувствуешь себя виноватым, уж слишком много низвергающейся воды утекло, как-то чудовищно невероятно кажется, что когда-то величайшая страна, кормившая почти всю Европу, игравшая такую видную роль в международной истории, которой боялись могущественные государства всего мира, перед которой заискивали, считали своим спасением союз с ней, теперь превращается в руины, обломки которых представляют из себя беззащитную и голодную аристократию, держашуюся на честном слове нынешнего столетия, гнилую интеллигенцию и демократию, находящуюся на стадии безразличного равновесия. Но политика всем так приелась, что о ней и не хочется говорить, поэтому я не буду терзать ни себя, ни читателя, если такой когда-нибудь найдётся.
В среде нашей семьи, родных и знакомых произошло много перемен. Главным образом, таких, которые оставляют на всю жизнь тяжёлый неизгладимый след. Прежде всего, положение семьи (она очень велика по своему составу) несколько удивительно: за последний несчастный год она из более или менее богатой превратилась в далеко не обеспеченную и, как это обычно случается, чувствуешь себя на краю гибели. Скажу коротко: у нас было имение, большое и образцовое, дававшее порядочный доход, обеспечивавшее отчасти наше положение, и отчасти – проценты небольшого капитала. Теперь же первое средство для жизни совершенно отпало вследствие необычайно низменного поведения курлаковцев (кличка крестьян по названию имения), а второе очень запутано, т.к. достать деньги из банка, я полагаю, труднее, нежели в древние времена проехать славному и великой мудрости мужу через Мессинский пролив» [9, стр. 76-77]

А.Г. Габричевский находился в таком же положении. Но он не уехал из разрушавшейся России. Окончив в 1916 году Московский университет, он остался при нём для подготовки к профессорскому званию (сейчас это называется аспирантурой), а потом, уже после революции, стал читать лекции по теории искусства.
Мы долго думали: почему Габричевский не уехал за границу, как это сделало огромное количество дворян и интеллигенции? Ответ, к которому мы в итоге пришли, довольно прост: ему тут было интересно. То есть у него было любимое занятие, а материальная сторона жизни для него никогда не была главной.
В мае 1920 года он женился на Наталье Алексеевне Северцовой, дочери известного учёного-биолога, профессора Московского университета. Единственным угощением на свадьбе были пирожки и чай, которые немногочисленные гости поглотили за несколько мгновений.

20-е: «Жили великолепно – хоть бы так всю жизнь!» (Н.А. Северцова-Габричевская).

Любимое занятие, которое оставило А.Г. Габричевского в СССР, - теория искусства. Возможности у него были, ведь в России была не только советская власть, остались ещё и ценители прекрасного. Правда, в разговоре с нами О.С. Северцева отметила, что российская интеллигенция была сильно обескровлена: кто-то уехал за границу, кто-то просто умер от голода (например, последний владелец усадьбы в Курлаке Алексей Иванович Станкевич), а кого-то расстреляли. Кроме того, в 1922 году огромное количество лучших умов страны было насильно выгнано за рубеж.
Тем не менее, 20-е годы ХХ века были счастливым периодом в жизни А.Г. Габричевского. Об этом свидетельствуют мемуары его жены, опубликованные письма, воспоминания тех, кто его запомнил. Главное, что у него было и чего он всегда хотел, - свобода.
Во-первых, это была (правда, достаточно уже подконтрольная со стороны властей) свобода творчества. До 1925 года он преподавал в МГУ, причём читал курс, которого ещё никогда не было – о сущности искусства как единого целого. В 1921 году была организована РАХН (позднее переименовали в ГАХН) – Российская (Государственная) академия художественных наук.

«В названии Академии – художественных наук – выразилась её общая задача: найти объективные критерии любой художественной деятельности – от частушки, вышивки и стихотворного размера до балета и принципов зодчества. Такого объёма синтетического изучения творчества не было и, похоже, до сих пор нет во всемирной науке». [1, стр. 112]

Именно в ГАХН Габричевский нашёл применение своим талантам. Он постоянно был занят. «Дорогой милый Макс! Я совершенно завален лекциями, заседаниями и тому подобным бытовым тленом», - пишет он Максимилиану Волошину в октябре 1924 года. [2, стр. 141]
Рядом с ним в ГАХН работали самые талантливые люди той поры, многие из которых потом были репрессированы, а их имена преданы полузабвению – впрочем, так же забыт, по сути, и сам Александр Георгиевич. Это Г.Г. Шпет, И.В. Жолтовский, Б.И. Ярхо, и многие другие.
Структура ГАХН на первый взгляд кажется запутанной и сложной. Но если вникнуть, то сразу становится понятным, что каждый раздел искусства рассматривался со всех возможных точек зрения.
А.Г. Габричевский был одним из руководителей философского отделения, но занимался почти всем. Вот как, например, он описывал свои занятия в одном из писем М.А. Волошину (15 января 1926 г.):

«Первый «семестр» мы прожили великолепно. Я в этом году набрался за лето ещё больше сил и бодрости, чем в прошлом. Главное событие в моей жизни: я каждое утро работаю маслом. Не говоря о результатах, это даёт мне на весь день такой заряд радости и здоровья, что после этого ни доклады, ни лекции, ни заседания, ни прочие неприятности мне уже нипочём. Пока что мною сделано следующее: 1) нянька в очках считает бельё. Очень аккуратно, немножко по-голландски, но при этом, как говорят «критики», не вяло и красиво по цвету. 2) Nature-morte (как говорят, в честь Марии Вадимовны!) – карты, чёрный веер, перчатки, перламутровая коробка, зеркало. 3) Наташа – больше натуры, 1 ½ сантиметра фактурного слоя, сезанисто, с налётом Византии, глаза как у Феодоры, конечно, мазня, но очень цветисто. 4) Портрет дядюшки (брата мама) – скучная модель, скучная живопись…» [2, стр. 147]

Кстати, О.С. Северцева сказала нам, что А.Г. Габричевский не работал, а занимался, именно так он говорил обо всём, что делал. Ещё Ольга Сергеевна добавила, что ГАХН напоминала «тусовку», что искусствоведам просто было интересно общаться и жить. Например, исследователей творчества Данте называли «дантистами».
Во-вторых, это была свобода духа. В начале 1924 года А.Г. Габричевский познакомился с поэтом М.А. Волошиным, который пригласил его на лето к себе в Коктебель. Они стали лучшими друзьями. Коктебель был и долгое время потом оставался настоящим островом (хоть и находится на полуострове) свободы в несвободной стране. Здесь Габричевский близко познакомился и подружился с А. Белым, К.Ф. Богаевским, Э.Ф. Голлербахом, В.Я. Брюсовым, Е.С. Кругликовой, А.П. Остроумовой-Лебедевой.
Мы не будем в нашей работе подробно описывать коктебельскую колонию, сплотившуюся вокруг М.А. Волошина, так как существует очень много литературы о ней. Но нам всё-таки хочется процитировать отрывок из книги «Литературные воспоминания» Н.К. Чуковского, который, как нам кажется, отличался меткостью характеристик:

«Стихи читались по вечерам, каждый вечер, а в течение дня все были свободны. Свобода, постоянное чувство свободы – в этом была главная прелесть коктебельского житья. Прямо перед волошинским домом находились два пляжа, мужской и женский, ничем не огороженные и, в сущности, почти рядом. Женский пляж назывался «геникеей», а мужской, соответственно, «мужикеей». В то лето [1924 г.] на мужском пляже царили Саша Габричевский и Антон Шварц. Оба они были рослые, красивые, тридцатилетние и казались мне тогда образцом зрелой мужественности. Александр Георгиевич Габричевский был знатоком Гёте, много говорил о немецкой литературе, презрительно отзывался о Шиллере. «Гёте это подлинный человек, т.е. в нём женское и мужское начало слиты воедино, - рассуждал он, - а Шиллер это мужчина с жидкими ляжками». Был он поклонник Ницше, что уже тогда, в двадцатые годы, накладывало на него отпечаток милой старомодности. Он прелестно грассировал, был очень начитанный человек, глубоко порядочный и с неизменным чувством собственного достоинства, говорун, остряк, женолюб, умница, пьяница, не имевший ни малейшего пристрастия к труду и нисколько не сожалевший об этом. Наши жёны оказались родственницами, и мы хорошо сошлись на всю жизнь. Габричевский был создан для Коктебеля, - солнце, море, горы, вино, стихи, дамы, разговоры, книги, - лучшего в жизни он не искал. И он застрял в Коктебеле навсегда. Зимы проводил в Москве, а ранней весной отправлялся в Коктебель и оставался там до поздней осени. Там, в собственном уже домике, живёт он и сейчас, в 1959 году, - крупный одноглазый старик, почти глухой, но с отличной осанкой, грассирующий, добрый и благородный, по-прежнему чтущий Ницше и прибавивший к своим прежним увлечениям увлечение Кафкой и абстракционистами». [16, стр. 132]

Габричевский просто обожал Гёте, это Н.К. Чуковский очень точно подметил. И он был счастлив, когда его включили в «команду» редакторов, готовившую юбилейное собрание сочинений его любимого поэта (в 1932 году исполнялось столетие со дня смерти Гёте). Он развил тогда просто бешеную деятельность. Он вёл обширную переписку с переводчиками, например, с М.А. Кузминым. Он не боялся сказать правду в глаза, не шушукался, как некоторые. Он придерживался пословицы: «Сократ мне друг, но истина дороже». Даже Борису Пастернаку он высказал нелицеприятное мнение, что «Фауста» он перевёл, слишком вольно обращаясь с мыслями Гёте в угоду поэзии. Это говорит о том, что он не мог лицемерить. Это было одним из его главных качеств.

В-третьих, 20-е годы были озарены семейным счастьем. Наталья Алексеевна обожала мужа, была отличной хозяйкой. Они действительно жили весело. Вот так описывает Габричевский встречу нового 1925 года Волошину (письмо от 6 января 1925 г.):

«Только что получили ваше второе письмо и ужасно стыдно, что и на первое не успели ответить. Но мы, действительно, не успели, ибо в этом году нам выпала тяжёлая обязанность устроить встречу Нового года у нас. Конечно, все хлопоты легли на Наташу, и она до сих пор чуть жива: превратилась в скелет, кашляет и никак не может выспаться. Мы, хозяева, от торжества получили весьма мало радостей: Наташа всю ночь что-то подавала и ухаживала за пострадавшими, а я всё время переживал какие-то ответственности и играл на рояле. Я привёл О. Ф-ну [Ольга Фёдоровна Головина], она никого из присутствующих не знала, я чувствовал, что должен её занимать всё время (т.е. обижать многих старых друзей), так что моё перед ней преклонение каждую минуту готово было перейти в ненависть. Но, кажется, всё кончилось к лучшему, и все остались довольны. Кстати, на её меню был нарисован пароходик и начертаны стишки, вдохновлённые подписью Макса на акварели, которую он ей некогда подарил:
Души мятущейся стихия
Вас в край далёкий увлечёт
Но Ваша «калокагафия»
Пусть осветит нам этот год». [2, стр.143-144]

Омрачало жизнь Габричевского то, что все его близкие родственники (братья, сёстры, затем и мать) уехали за границу. Младший Брат Юрий (это мы узнали из протоколов допросов А.Г., проводившихся уже 1935 году) остался там ещё в период Первой мировой войны. Сёстры Ирина и Елена уехали на лечение в Италию и затем не вернулись. Мать Елена Васильевна уехала последней, чтобы сделать онкологическую операцию (в 1930 году), но вскоре умерла в Швейцарии.
Брат Евгений был талантливым биологом, учеником отца Н.А. Габричевской-Северцовой А.Н. Северцова. Результаты его исследований так заинтересовали знаменитого генетика Т.Г. Моргана, что он выделил для Е.Г. Габричевского грант и пригласил его (1924 г.) в свою американскую лабораторию. Затем стипендия была продлена, что было большой редкостью. Об этом нам рассказала О.С. Северцева. В СССР он затем тоже не вернулся, так как не видел здесь перспектив. Ко всему прочему, в дальнейшем он заболел и долгое время находился в психиатрической больнице. Но он был очень талантливым и самобытным художником.
Сам А.Г. Габричевский тоже однажды пытался подать документы на выезд в Италию в командировку от ГАХН, но не получил разрешения. Италия была страной его грёз, но он туда так и не попал.
ГАХН была, по словам О.С. Северцевой, странным учреждением с точки зрения советской власти, совсем не занимавшимся ни марксизмом, ни ленинизмом, поэтому можно только удивляться, что Академию «терпели» до 1929 года.
А 28 марта 1930 года А.Г. Габричевского арестовали в первый раз. Его изобличали по статье 58-10 в проведении антисоветской агитации. Но через месяц выпустили: никаких обвинений доказано не было, да в деле этих обвинений и нет совсем [1, стр. 134-137]. То есть этот арест был как бы звонком: ты – «не наш», не советский.
С Габричевского взяли подписку о невыезде, но он нарушил её, отправившись летом 1932 года в Коктебель. Как раз тем летом умер М.А. Волошин. Пожалуй, смерть лучшего друга подвела черту под счастливыми двадцатыми.

Жизнь в полоску.

Автор: Гальцова Дарья Николаевна, Караборчева Софья Валериевна
Дата публикации: 20.11.2013

1 | 2 | 3 | 4 | 5



Добавить в закладки

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться


Вас могут заинтересовать другие материалы из данного раздела:

Человек Сталинграда или невымышленная жизнь незабытых людей

Наименее освещенной в свете современной исторической науки является проблема воспроизводства и сохранения региональной истории и культуры, которая весьма значительно влияет на современные региональные национально-этнические, социальные, экономические и политические процессы. Государственническая школа исторических исследований повсеместно искоренила понятие личности и ее значимости в недавней ретроспективе. .

Читать

Альфонс Пастор – прелат Апостольского престола. Часть 1

После вхождения Латвии в состав Советского Союза начались репрессии против многих категорий латышей, в частности, против католических священников. Советские власти использовали репрессии для оказания давления на митрополита А. Спринговича, подвергая аресту его ближайших помощников. Первый арест прел.

Читать

П.А. Столыпин

Два года назад в нашей стране состоялся телепроект «Имя России». Перед гражданами был поставлен вопрос о том, кто является лучшим деятелем России за всю её историю..

Читать

Моя семья

Наша семья живёт в с. Любимово .Наша семья большая и очень дружная. Самая любимая наша бабушка. Она у нас самая главная в семье. Ей в этом году исполнится 70 лет. Она воспитала 5 детей: 3 сыновей и 2 дочерей. Каждому она отдала свою любовь и привила трудолюбие. Она у нас добрая, отзывчивая, заботливая. Она о всех заботится и беспокоится..

Читать

Победа ковалась в тылу

«Все для фронта! Все для победы!» - под таким лозунгом проходила вся тыловая жизнь каждого в течение всех дней, пока шла война. Что дали фронту оставшиеся в тылу, в моей деревне, в основном женщины, дети и старики? Они дали несколько тысяч пудов хлеба, мяса, несколько тысяч литров молока, кроме продовольствия еще и одежда, и деньги. .

Читать

Три поколения моей семьи живут в мирное время

Три поколения моей семьи живут в мирное время. Три моих прадеда с первых дней Великой Отечественной войны были на фронте и не только они, но и их отцы. .

Читать

Северный Сфинкс, не разгаданный до гроба

.

Читать

Роль Святого равноапостольного князя Владимира в крещении Руси

При князе киевском Владимире (978-1015) происходит событие величайшего значения, определившее дальнейший путь развития Руси - принятие христианства. Святая церковь сравнивает равноапостольного князя Владимира с апостолом Павлом: сходство было не только в чудесном исцелении от слепоты, но и в обращении к христианству. .

Читать

Мой дедушка – герой.

В нашей семье живут замечательные мужчины – это мои дедушка, папа и старший брат. Папа служил в армии, был сержантом, старший брат еще не успел – он учится в колледже. А рассказать я хочу о дедушке,  его зовут Козенко Владимир Александрович. Дедушка очень добрый и отзывчивый человек, живет в городе Лениногорске и ему 65лет. Хотя дедушка и пожилой, он еще бодр и активен. У него с проседью волосы и блестящие зеленые глаза, живые и яркие, как у молодого человека..

Читать

История Республики Саха(Якутия)

В своей работе я рассматриваю положение Якутии и народов, ее населявших, во все времена. Эта тема является недостаточно изученной, поэтому можно встретить различные мнения по поводу происхождения первых поселенцев Якутии и причин, по которым было выбрано это место. Работа является своеобразным обоснованием всех фактов, известных на сегодняшний момент о Якутии и народах саха. Безусловно, она важна как для научного сообщества, так и для заинтересованных людей, может быть развита дальше и использоваться в качестве первого шага для дальнейшего изучения. .

Читать

Искать на сайте:
Гость

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите ctrl+enter