↑ Наверх ↑
     Исторический сайт

Новости истории
Статьи и заметки
  - Археология
  - Всеобщая история
  - Историческая поэзия и проза
  - История Пензенского края
  - История России
  - Полезные и интересные сайты
  - Разное
  - Тесты по истории
  - Шпаргалка
Конкурс работ
Создать тест
Авторам
Друзья сайта
Вопрос-ответ
Мы в Дзене
О проекте

Добавить в закладки

Новые статьи:

Российские ученые разбудили спавшие десятки тысячелетий организмы
........................
На рисунках Леонардо да Винчи нашли следы людей
........................
Ученые нашли связь между наскальными рисунками и галлюциногенными веществами
........................
Ученые восстановят запах духов Марии-Антуанетты
........................
Раскрыта жизнь динозавров до падения астероида
........................

Запрашиваемой страницы не существует

Тульские оружейники в 1812 году.

(Статья)
Раздел: История России
Автор: Эктов Алексей Владимирович

Оружие во все времена имело огромное значение в успешном ведении боевых действий, и Отечественная война 1812 года не была здесь исключением. Тульский оружейный завод на протяжении XVIIIXIX вв. играл решающую роль в снабжении русской армии стрелковым и холодным оружием. Менее известен вклад частных предприятий Тулы в вооружение российской армии на заключительном этапе наполеоновских войн 1812—1815 гг. Прежде чем рассмотреть данный вопрос, следует кратко остановиться на положении со стрелковым и холодным оружием, которое сложилось в русской армии накануне Отечественной войны.

В это время в России господствовала фактически одна конструкция стрелкового оружия — дульнозарядная ударно-кремневая система с французским батарейным замком. Такой замок был изобретен в первой половине XVII столетия, а в начале XVIII в. принят на вооружение русской армии при Петре I. Армейское оружие было в основном гладкоствольным, но в войсках использовали небольшое количество нарезных штуцеров.

Несмотря на единство общей конструкции, в русской армии в самом начале XIX в. существовали различные образцы ружей для каждого рода войск, практически одинаковых по устройству, но отличавшихся как по тактико-техническим данным, таким как вес, калибр, размеры, так и некоторыми деталями. Официально в 1812 г. на вооружении русской армии состояли девять образцов ручного огнестрельного оружия. Но этим далеко не исчерпывалось все разнообразие стрелкового оружия, применявшегося в России в данный период. Дело в том, что срок службы ударно-кремневого ружья был определен в сорок лет, и в полках продолжали использовать оружие старых образцов. Некоторые ружья служили значительно дольше установленного времени. Например, в 1808 г. командир Либавского мушкетерского полка в своем рапорте доносил, что в его полку некоторые ружья состоят еще с 1700 (!) года, т. е. в начале XIX в. продолжали еще использовать фузеи армии Петра I.[1]

Поэтому можно говорить о том, что в российских войсках накануне войны с Наполеоном встречались практически все образцы ружей, принятые на вооружение армии на протяжении всего XVIII в.

Но это вовсе не свидетельствует о технической отсталости русской армии. Дело в том, что ударно-кремневое оружие с французским батарейным замком по конструкции, вплоть до замены его капсюльными системами в первой половине XIX в., практически не менялось как в России, так и в странах Западной Европы. Введение новых образцов не приводило к каким-то существенным улучшениям оружия, например увеличению дальности и точности стрельбы или скорострельности, и главным образом касалось второстепенных деталей, прежде всего прибора. Незначительно отличались размеры и вес различных моделей для одного и того же рода войск. Кроме того, стволы ударно-кремневых ружей были достаточно прочными. Так, при приемке заводского оружия ружейные стволы испытывали пороховой пробой, равной двойному заряду, а в результате опытов было установлено, что даже после 10 тыс. выстрелов ружье еще оставалось пригодным для дальнейшей стрельбы. В тот период это давало достаточно высокую надежность при длительном сроке службы ружей.

Кроме различных образцов, произведенных на российских оружейных заводах, в русской армии использовалось оружие иностранного производства. Так, после присоединения Финляндии к России в русской армии появилось трофейное шведское оружие. В довольно значительных количествах встречались прусские, австрийские, голландские образцы. В 1804 г. Англия передала для союзной русской армии, входившей в войска антинаполеоновской коалиции, 60 тыс. ружей.[2] В России также использовали и трофейное французское оружие.

Эта пестрая картина усугублялась еще и тем, что при ремонте оружия на заводах могли использовать части от самых различных образцов, например, в 1769 г. при изготовлении 6 тыс. ружей использовали пистолетные замки.

Кроме того, надо учитывать некоторую неточность при изготовлении оружия в то время: ружья одинакового образца, изготовленные даже на одном и том же оружейном заводе, могли несколько отличаться как по калибру, так и по размерам.

Тем не менее такое немыслимое разнообразие калибров (в русских войсках их число доходило до 28) не вызывало особого неудобства в армии. Патроны тогда представляли собой бумажный пакет или гильзу с зарядом пороха и круглой свинцовой пулей, и их изготовляли в самих войсках. Пули отливали в формах, которые присылали в армию среди прочих оружейных принадлежностей, согласно калибров тех ружей, которые состояли на вооружении в данном полку. Однако заранее заготовить такие боеприпасы и хранить на складах было довольно сложно.

Холодное оружие продолжало играть важную роль в боевых действиях того периода. Для рукопашного боя пехотные и драгунские ружья имели игольчатый трехгранный штык, к егерскому штуцеру примыкали штык-тесак, а кавалерийское огнестрельное оружие, кроме драгунских ружей, не имело штыков, так как в ближнем бою конница применяла пики, палаши и сабли. На вооружении пехотных офицеров состояли шпаги, а рядовым пехотинцам в дополнение к ружью со штыком полагался тесак.

Наполеоновские войска применяли аналогичное огнестрельное и холодное оружие: дульнозарядные ружья с французским батарейным замком и палаши, сабли, тесаки, принципиально не отличавшиеся от российских. Более того, следует отметить, что многие образцы русской армии были скопированы с французских моделей.

Таким образом, стрелковое и холодное оружие противоборствующих армий в это время практически не отличалось, и не одна из сторон не имела здесь существенных преимуществ.

Превосходства в вооружении можно было достичь только количественно, поэтому вполне понятно, какое значение имели оружейные заводы.

В период наполеоновских войн тульские мастера сыграли важную роль в вооружении русской армии, поставив самое большое количество стрелкового и холодного оружия из всех российских заводов и арсеналов. Значение города оружейников хорошо понимал даже сам Наполеон. Так, в Дрездене он заявил: «Я иду на Москву и в одно или два сражение все кончу... Я сожгу Тулу и обезоружу Россию».

Несмотря на все разнообразие стрелкового оружия русской армии, в начале войны в оружейных резервах сложилось кризисное положение. Так к началу войны в тульских арсеналах хранилось 128605 ружей, 591 кирасирский палаш, 7704 сабли и 127 тесаков. [3] В первые дни войны в армию было направлено 128481 ружье, и таким образом на складах завода на 10 июля 1812 г. осталось всего 124 ружья.[4] Всего же в это время на вооружении российской армии находилось 350 576 ружей. При этом следует отметить, что еще за месяц до начала войны, 9 мая 1812г., оружейники Тулы собрались на арсенальном дворе «всем оружейным обществом» и постановили «в те дни и часы, которые от заводских работ свободны, изготавливать оружие сверх установленного урока, сколько силы, одушевленные к любезному Отечеству позволяют».[5]


1- Федоров В. Г. Эволюция стрелкового оружия. М., 1938. Ч. I. С. 18.

2- Там же. С. 20.

3-Государственный архив тульской области (ГАТО). Ф. 187. Оп. 1. Д. 5242. Л. 182.

4-Кутузов М. И.: Сб. документов. М., 1957. Т. IV. Ч. И. С. 662-668.

5-ГАТО. Ф. 187. Оп. 1. Д. 5242. Л. 182.

 Часть 2.

Основной причиной той катастрофы, которая постигла ар­мию Наполеона в России, было мощное всенародное движение, поднявшееся в нашей стране против иностранных захватчиков. Однако движение это еще недостаточно изучено. В частно­сти, вопрос о роли в нем трудящихся города - ремесленников и работных людей - даже не поставлен в литературе, и соответ­ствующие факты не приведены в известность. [1] Поэтому важно установить, как в крупных промышленных центрах отнеслись к событиям, как послужили родине русские ремесленники и работные люди в грозные дни двенадцатого года. В этом отношении особенно показательна деятельность туль­ских оружейников, отмеченная уже исследователя­ми и излагаемая в настоящей работе по неиспользованным ра­нее документам Тульского областного государственного исто­рического архива.[2]

В начале XIX века тульские оружейники составляли обособ­ленную от остального населения города ремесленную корпора­цию, носившую название оружейного общества, или оружейно­го сословия. Они были обязаны изготовлять оружие на казну, выполняя необходимые для этого работы отчасти на оружейном заводе (основанном в 1712 г.) и, главным образом, по своим домам.

Развитие производства и связь с рынком способствовали имущественной дифференциации среди оружейников. Немно­гие «фабриканты» имели собственные предприятия, дер­жали наемных рабочих, брали подряды, вели торговлю своими изделиями. Большинство - средние и мелкие мастера - работа­ли на казну.

Положенная плата была недостаточна для суще­ствования, и нужда заставляла их на кабальных условиях вы­полнять работу и для своих же оружейников-фабрикантов. Эко­номические затруднения, которые в то время переживала стра­на, особенно отразились именно на этой массе, доводя многих почти до грани бедности. Но, как, ни тяжело было положение массы оружейников, они, не задумываясь, жертвовали личным благополучием ради безо­пасности родины.

9 мая 1812 года, когда неизбежность войны стала очевидной, оружейники приняли решение «в те дни и часы, ко­торые от заводских работ свободны», изготовлять оружие сверх установленного урока, «сколько силы их, одушевленные усер­дием и государю и любезному отечеству, позволят».[3] Это, ко­нечно, почти не затрагивало оружейников-фабрикантов, обычно исполнявших казенные уроки «через наем посторонних людей», но масса оружейников действительно отказывалась даже от не­долгого отдыха, чтобы подготовить достойный отпор врагу. Уже 12 июня 1812 года армия Наполеона вторглась в Россию. Грозная опасность заставила мобилизовать все силы страны, вызвала потребность в огромном количестве оружия. Было за­прещено увольнять оружейников от работ даже на самое корот­кое время. Они не могли защищать родину в рядах ополчения, но и здесь, в тылу, им предстояли долгие месяцы упорного, самоотверженного труда.[4]

В начале июля командир оружейного завода генерал-майор артиллерии Ф. Н. Воронов был вызван в Москву, где Александр I дал ему личные указания об усилении выработки оружия.

17 июля последовал именной указ Воронову с предписанием ежемесячно изготовлять в Туле 13000 ружей: 7000 силами ка­зенных мастеров (против мирного времени прибавлялась 1000 ружей) и путем подряда «на собственных фабриках оружейни­ков» 3000 новых и 3000 переделанных из старых.[5] 

Однако такие расчеты на оружейников-фабрикантов далеко не оправдались. Несмотря на все усилия командира, они не при­няли на себя изготовление новых ружей, явно выжидая, когда обстоятельства заставят казну повысить цены, и согласились лишь на переделку 3520 старых ружей ежемесячно. [6] В оружии была крайняя нужда. Заводское начальство спешно учло все имевшееся у мастеров оружие, чтобы предотвратить скупку его в одни руки «для возвышения только цены». Командир запре­тил все оптовые сделки на продажу оружия без его предвари­тельного разрешения. [7]

Это не облегчало положения. Оружия оказалось весьма не­много. Изготовление новых ружей по-прежнему задерживалось.

Оружейники-фабриканты соглашались принять заказ лишь в случае предоставления им права пользоваться вододействующими машинами в заводе с оплатой состоящих при них масте­ров по расценкам не более казенных. Считая «такие условия для государственной пользы невыгодными», генерал Воронов отказался от дальнейших переговоров. Он решил, прежде всего «приумножить заводскую выделку» новых ружей, срочно уста­новив для этого новое дополнительное оборудование, а остав­шуюся часть наряда распределить потом небольшими партиями среди массы оружейников — средних и мелких мастеров. Опаса­ясь (без особых, впрочем, оснований) неожиданной конкурен­ции, а, главное, возможности решительных мер со стороны выс­шего начальства, оружейники-фабриканты взялись, наконец, за выделку новых ружей, однако, в небольшом еще количестве, причем иногда пытались сбывать явный брак. Имевшие значи­тельные предприятия Салищев, Шпанов, Бабякин, Щербаков в течение сентября обязались сделать 730 новых ружей; за ними потянулись и остальные.[8]

Большая часть оружия изготовлялась не ими, а непосред­ственно цехами, т. е. рядовыми оружейниками. Важнейший во­прос обеспечения армии оружием, в конечном счете, решался упорным самоотверженным трудом массы оружейников, чуж­дых всяких корыстных расчетов, искренне охваченных одним высоким патриотическим порывом помочь родине в разгроме ненавистного врага.

Получая крайне незначительную за дельную плату (45 коп. за заварку ствола, 22 коп. за ковку замка, 4 коп. за обточку ствола и т. д.), к тому же в обесцененных ассигнациях, оружей­ники, несмотря на несколько повышенную цену на новое ружье (18 руб.), «никакого прибытка не имели», даже расходовали на приобретение необходимых материалов и деталей свои сбережения. Они участвовали также во всех пожертвованиях и сборах и, несомненно, испытывали нужду, но работали с исклю­чительным усердием. [9]

Командир завода генерал Воронов, которого вряд ли можно подозревать в особом пристрастии, так характеризует их работу: «Соразмеряя отечественным нуждам и усиливая рвение свое, трудились они и день и ночь, и все праздничные и табельные дни, определенные для свободы и отдохновения, употребляли на одно только дело оружия, торжествуя их в трудах отечеству посвящаемых. Такова есть жертва оружейников!» [10]

К 1 сентября оружейники уже выделывали еженедельно 1650 ружей. Правда, пока еще меньше назначенного количества, но в арсенале имелось 8567 и ожидалось к поступлению 6224 ружья.[11]

Требования на оружие поступали отовсюду. Завод отпускал его для воинских частей, формировавшихся в Туле, Калуге и других городах, для московского и тульского ополчения и т. д. [12] Значение Тулы как центра оружейного производства было ог­ромно, и естественно, что с продвижением Наполеона к Москве правительство было сильно озабочено судьбой и завода, и ору­жейников.

28 августа, через день после Бородинской битвы, управляю­щий военным министерствам князь Горчаков секретно предпи­сал командиру завода генералу Воронову «сделать подробное соображение о подводах и всех способах, какие только могут быть необходимы для подъема имущества и мастеровых» для перевозки их на Ижевский оружейный завод. Приготовления надлежало провести «с благоразумной предосторожностью», без всякой огласки, чтобы «обыватели не потерпели напрасно от страха и уныния, а мастеровые не начали, бы уклоняться на­прасно от работ», которые следовало прервать только при дей­ствительной опасности. [13]

Но прежде чем предписание пришло по назначению, фран­цузы вступили в Москву. Насколько реальной была теперь опас­ность для Тулы? Каковы были намерения Наполеона?

Богданович говорит, что его маршалы считали возможным нанести решительный удар русским, «уничтожив оружейный завод в Туле». Это подтверждает и такой осведомленный совре­менник, как Коленкур. Иных, более определенных указаний, правда, не имеется. [14]

Александр I считал, что «Тула со знаменитым и столь для армии необходимым своим заводом в опасности». [15] Однако его тревога в значительной степени объясняется не­пониманием гениального плана Кутузова. Предпринимая свой знаменитый фланговый марш-маневр, фельдмаршал, несомнен­но, предусматривал защиту Тулы. Именно на этот случай туль­ское ополчение по его приказу расположилось по берегам реки Оки. До непосредственной угрозы городу было пока далеко, но все, же Тула пережила тревожные дни.

Известие о занятии французами Москвы распространилось среди тульского населения 4 сентября. Все жители «находились в страхе и унынии», работавшие у оружейников «вольные ма­стеровые многие разбежались по своим домам и тем сделали остановку в деле оружия». [16]

Здесь имеются в виду работавшие по паспортам государственные и помещичьи крестьяне. Преувеличенные слухи подорвали кредит, и оружейники-фабриканты всячески затягивали сдачу изготовленного оружия, добиваясь немедленной оплаты полностью. [17]

Крайне обеспокоенный всем происходящим и, не имея изве­стий о движении неприятеля, командир завода 4 сентября на­правил окружной дорогой рапорт самому главнокомандующему фельдмаршалу князю Кутузову, в котором доносил о подготов­ленной им эвакуации завода и оружейников.

«Требовал я нужное количество подвод,— писал Воронов,— и назначил путь через города Богородицк, Ефремов, Сапожок и Арзамас. С мастерами беру их инструменты. Ружья готовые в арсенале до 10000 решился отдать на вооружение тульского ополчения с тем, что ежели потребуются они в армии, оно обя­зано отдать, что останется; затем вооружу оружейников и буду стараться как можно забрать недоделанное оружие, которое до­рогою, если позволят обстоятельства, доделать».[18]

Само выступление оружейников из Тулы должно было про­изойти лишь в случае явной опасности, о чем Воронов и просил Кутузова заранее поставить его в известность, «потому что, преж­девременно прервав работу, уже ни в полгода не можно будет привести завод в надлежащее действие». [19] 7 сентября Воронов получил следующее секретное предписание Кутузова: «Сооб­разно принятой мною теперь операционной линии, Ваше пре­восходительство, можете остановиться вывозить завод, ибо Тула еще не может опасаться неприятельского нападения. Впрочем, приготовительные меры не излишни и, при перемене обстоя­тельств, когда Тула могла угрожаема быть, о чем я не премину Вас в свое время известить, вы должны будете следовать данно­му Вам предписанию от управляющего военным министерством кн. Горчакова». [20]

Предписание Кутузова командиру завода от 7 сентября за № 66. Писано, по-видимому, кем-либо из адъютантов, соб­ственноручная только подпись. Сходное предписание было сделано и командующему тульс­ким ополчением гражданскому губернатору Богданову. [21]

Проникновенная предусмотрительность великого полковод­ца в полной мере проявилась в этих распоряжениях.

Но, как известно, французы не двинулись к Туле. Оружей­никам не пришлось прерывать своей работы, хотя для их выво­за уже было заготовлено 600 обывательских подвод. [22]

Постепенно вернулись покинутые было вольные масте­ровые; были вытребованы оружейники из Владимира, Рязани и (ранее выехавшие) из Москвы. Выработка оружия опять пошла полным ходом. К 25 октября уже имелось в наличии 19226 но­вых ружей, изготовленных оружейниками, 2444 сделанных под­рядчиками и 6780 собранных из старых деталей. Как показыва­ют эти цифры, основное количество оружия изготовлялось мас­сой рядовых оружейников.

Производство оружия продолжало увеличиваться. Через ме­сяц - 25 ноября - имелось 27778 новых ружей, изготовленных оружейниками, 3950 сделанных подрядом и 10373 переделанных. [23]

Теперь Воронов имел все основания заверять Александра I, что назначенное им количество ружей «заводом и подрядом 50000 и из старых стволов, замков и штыков 15000 выделаны будут», хотя, как он сам отметил впоследствии, такое огромное количе­ство оружия являлось «более жертвою по тогдашним обстоя­тельствам, нежели уроком».[24]

Действительно, оружейники не щадя сил, с честью выполни­ли свой долг перед родиной. Война 1812 года оказала существенное влияние и на состоя­ние тульского оружейного производства, и на самих оружейников.

Необходимость срочно увеличить выход оружия заставила заводскую администрацию усилить механизацию производимых работ. Были сделаны попытки применить в качестве двигателя паровую машину, были оборудованы новая вертельная с 24 стан­ками для отделки стволов, точильная и полярная. Механик Захаво сконструировал и пустил в действие машину для обтачива­ния поверхности стволов, провел и другие улучшения. [25] Эти отдельные, пусть незначительные мероприятия в целом, несом­ненно, способствовали развитию техники. Уже вскоре после войны, по отзыву Гамеля, тульское оружейное производство ни в чем не уступало лучшим предприятиям Западной Европы.

Одновременно значительно возросло само производство ору­жия и в заводе (см. выше), и у оружейников-фабрикантов. В 1812 г. они изготовили 25014 ружей - количество, далеко пре­восходившее былые казенные подряды. [26] Резко выделяются от­дельные крупные предприниматели: Ив. Маликов, поставивший 2072 ружья, Бривин - 1260, Лялин - 1035, Шпанов - 827 и другие. В последующие годы они еще более увеличивают свое производство. Например, тот же Маликов в 1814 году изгото­вил 4175 ружей, а в 1815 - уже 5405. [27]

Именно из этих цеховых мастеров-оружейников потом и вышли те принципалы позднейшей капиталистической ману­фактуры, о которых говорил В. И. Ленин, характеризуя разви­тие тульских промыслов. [28]

Однако столь значительные поставки оружейников-фабрикантов не дают основания утверждать, что им принадлежали действительно крупные предприятия. До нас дошли сведения о некоторых из них.

Даже в мастерских у тех, кто, как Маликов и другие, ставили в казну большое количество оружия, непосред­ственно этой работой было занято немного (в лучшем случае до 10 рабочих). Обычно фабриканты «недостающее чис­ло вещей покупают у разного звания людей», работающих по своим домам. [29]

В свое время тульские оружейники многое сделали для того, чтобы обеспечить нашей родине победу над армией Наполеона. Сто с лишним лет спустя, в 1919 году, когда белогвардейские банды Деникина рвались к Москве, оружейники поклялись уде­сятерить выработку оружия и сдержали свое слово.

В Великой Отечественной войне советского народа против немецко-фашистских захватчиков тульские оружейники, не по­кладая рук, готовили оружие, самоотверженно дрались на под­ступах к Туле с озверелыми гитлеровскими бандами, бесстраш­но партизанили в тылу врага и вместе с нашей армией, вместе со всем населением грудью отстояли свой родной город.

Тульские оружейники обеспечивали наших славных бойцов замечательным оружием и этим помогли героической Советс­кой Армии и всем трудящимся нашей страны осуществить пол­ный разгром ненавистного врага. Тула была и осталась кузни­цей оружия.

 

1-«Отечественная война и русское общество». М., 1912 Исторический журнал, 1942, № 3—4, с. 84—88.

2-Гамель И. Описание Тульского оружейного завода в историческом и тех­ническом отношении. М., 1826, с. 70; Афремов И. Историческое обозрение Тульской губ. М., 1850, с. 211—212; Зыбин С. А. История Тульского императо­ра Петра Великого оружейного завода. Т. I. М., 1912, с. 161—164.

3-Тульский областной государственный исторический архив (в дальнейшем ТОГИА), ф. № 185, д. 5242,'запись от 9 мая 1812 г.

4-ТОГИА, ф. № 187, д. 1845, л. 36 и об.; л. 141; л. 671.

5-ТОГИА, ф. № 187, д. 1816, л. 6.

6-ТОГИА, ф. № 187, д. 670, л. 30-31.

7-Там же, л. 38—42. По свидетельству современников, карабины и ружья тульского мастерства, стоившие ранее 11 — 15 руб., продавались теперь не ниже 80 рублей См.: Отечественная война и русское общество. Т. 5. М., 1912, с. 48.

8-ТОГИА, ф. № 187, д. 1846, л. 55; д. № 670, л. 55-63.

9-ТОГИА, ф. № 185, д. 522, запись от 19 нюня и 23 нюня 1812 г. Сведении о размере сделаных оружейниками пожертвований не имеется.

10-ТОГИА, ф. № 87, д. 670, л. 114 об., 115.

11-Там же, л. 86-87.

12-ТОГИА, ф. № 187, д. 670, л. 86; д. 1815, л. 105, 153; д. 1847, л. 11,94, 135,165.

13-ТОГИА, ф. № 187 д № 671, л. 1. Предписание было получено в Туле только 3 сентября,

14-Богданович. Указ. соч., т. 5, с. 307. Источник автором не указан. Колен- кур. Мемуары. М., 1943, с. 198.

15-Богданович.Указ. соч., т. 5, с. 487.

16-ТОГИА, ф. № 187, д. 670, л. 87, 91.

17-ТОГИ А, ф. № 187, д. 670, л. 90.

18-ТОГИА, ф. № 187, д. 671, л. 7.

19-ХОГИА, там же, л. 7 об.

20-ТОГИА, ф. № 187, д. 671, л. 13.

21-Чернопятов В. И. Дворянское сословие Тульской губ., т. V (XIV) Опол­чение 1812 г. М., 1910, с. 4, док.

№ 8.

22-ТОГИА, ф. № 117, арХ. № 670, л. 70. Профессор А. П. Рудаков в «Очерках по истории Тулы и тульского края» указывает, что «оружейники волновались ввиду предстоящего переселения». Однако в фонде сведений об этом не имеет­ся; это, конечно, отнюдь не исключает того, что борьба оружейников против гнета крепостной мануфактуры продолжалась в той или иной степени и в тече­ние 1812 года.

23-ТОГИА, ф. № 187 д. № 670, л. 169, 170, 191. Ежемесячных сведений за весь 1812 год не имеется.

24-ТОГИА, ф. № 187, д. 670, л. 116 об.

25-ТОГИА, ф. № 187, д. 650, л. 116-119; д. 1847, л. 123-124.

26-ТОГИА, ф. № 187, д. 689, л. 33.

27-ТОГИА, ф. № 187, д. 698, л. 20—22. Весьма показательно, что треть всего представленного подрядчиками в 1812 г. оружия была изготовлена шестью крупнейшими предпринимателями; остальное количество представляли 56 бо­лее мелких предпринимателей.

28-Ленин В. И. Собр. соч., т. 3, с. 371.

29-ТОГИА, ф. № 187. д. 674, л. 78.


Дата публикации: 19.11.2013
1



Добавить в закладки

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться


Вас могут заинтересовать другие материалы из данного раздела:

Дети тыла

Навеки останется в памяти людей дата 22 июня 1941 года. Война! Гитлеровские полчища ринулись на нашу землю, сея смерть, разрушения, неся угрозу гибели всему, что создано человеческим трудом. 1418 дней и ночей великих испытаний выпали на долю не только взрослых, но и детей. Война поглотила детство у тысячи девчонок и мальчишек. Отучила их плакать. Постоянно не доедая, в холоде, преодолевая суровые условия, дети, как и взрослые, делали все, что было в их силах, чтобы приблизить день победы над захватчиками. Пожалуй, нет в нашей стране семьи, которой не коснулась бы война, которая не пережила бы тяжесть военных лет..

Читать

Милый сердцу Нижнеудинск

XVII век - период интенсивного освоения Сибири. Именно в это время снаряжаются морские и сухопутные экспедиции. Путь последних лежит по непроходимым дебрям тайги, по рекам. Что двигало желанием землепроходцев? Рассказы о том, что за Уралом несметные богатства и удивительные люди..

Читать

История моей семьи

Почти 70 лет тому назад закончилась Великая Отечественная война. Для истории это, может быть краткий миг, а для людей – целая жизнь. Время летит, как ветер. Но, как утёсы, стоят герои. Бессмертен их подвиг, потому что залогом их бессмертия стала наша Память. Ложь и беспамятство рождают людей без роду и племени, без памяти и родства..

Читать

Человек Сталинграда или невымышленная жизнь незабытых людей

Наименее освещенной в свете современной исторической науки является проблема воспроизводства и сохранения региональной истории и культуры, которая весьма значительно влияет на современные региональные национально-этнические, социальные, экономические и политические процессы. Государственническая школа исторических исследований повсеместно искоренила понятие личности и ее значимости в недавней ретроспективе. .

Читать

О чём мне рассказала старая фотография

Не оставив без внимания старый чемодан, стоящий в одном из углов комнаты, я, сдув с него пыль, торопливо открыла его. Какой-то неуловимый аромат прошлого хранил он..

Читать

Люди бессмертного подвига

Да, они солдаты Великой Отечественной войны, люди бессмертного подвига, кто не щадил себя во имя общего дела достойны повседневного и чуткого внимания. 1418 дней сражались они, не жалея ни сил, ни крови, ни самой жизни чтобы одержать выдающуюся победу над фашизмом, спасти свою страну и мир от гитлеровского порабощения. И они одержали её. Этот подвиг советских солдат, подвиг, не имеющий себе равного во всей истории человечества, высечен нестирающимися знаками в сердцах всех живущих на земле, всех, кому дороги свобода и мир. Чистое голубое небо и счастливая детская улыбка. .

Читать

Глава VI . Исламизация Чечни в XVI-ХVIII вв. как фактор этнической консолидации нахов-чеченцев // Очерк исторической географии и этнополитического развития Чечни в XVI-XVIII веках

До наступления ХУ1 столетия практически все нахское население Северо-Восточного Кавказа от р. Терека на западе до бассейна рр. Аксай-Акташ на востоке, в этнографическом плане являвшееся единообразным, разделяло древние языческие культы, связанные с обожествлением сил природы и поклонением "потусторонним" силам. В общественном сознании горцев господствовала мифологическая картина мироздания..

Читать

Родом из Карелии

У каждого народа есть выдающиеся люди, которые прославили своей работой, талантом, изобретениями свою страну, край или целую эпоху. Для меня такой человек – Марк Пименович Пименов, мой земляк, который, как и я, родился в вепсском селе Шокша. .

Читать

Товарный дефицит в СССР: обострение проблемы в 1960-х — начале 1980-х гг. в ракурсе истории повседневности

В данной статье рассматривается отражение проблемы товарного дефицита в СССР в обращениях и жалобах граждан, направленных в правительство страны. Особое внимание обращается на отношение населения к причинам товарного дефицита, ухудшению экономической ситуации, несоответствие официальной пропаганды и реальной действительности..

Читать

Русские землепроходцы

Говоря о русских землепроходцах, мы не можем не упомянуть такие имена, как Семен Иванович Дежнёв, Иван Юрьевич Москвитин, Ерофей Павлович Хабаров, Владимир Васильевич Атласов и многих других. Каждый из них стал незаменимой частью русской истории и внес огромный вклад в освоение и развитие Сибири и Д.

Читать

Искать на сайте:
Гость

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите ctrl+enter