↑ Наверх ↑
     Исторический сайт

Новости истории
Статьи и заметки
  - Археология
  - Всеобщая история
  - Историческая поэзия и проза
  - История Пензенского края
  - История России
  - Полезные и интересные сайты
  - Разное
  - Тесты по истории
  - Шпаргалка
Конкурс работ
Создать тест
Авторам
Друзья сайта
Вопрос-ответ
О проекте
Контакты

Новые статьи:

Названо самое провальное оружие Второй мировой войны
........................
Ученые подтвердили гибель динозавров от астероида
........................
В Пскове под кинотеатром нашли древнюю церковь
........................
Красная Армия помешала Японии применить биологическое оружие
........................
В Китае нашли следы пива возрастом 9000 лет
........................

1 | 2

Глава V. Система управления в Чечне в ХVI-XVIII вв. Династия Турловых. // Очерк исторической географии и этнополитического развития Чечни в XVI-XVIII веках

(Книга)
Раздел: История России
Автор: Ахмадов Явус Зайндиевич
Скачать книгу полностью в формате pdf

Оглавление

Ахмадов Явус Зайндиевич, д.и.н., профессор

§ 1. Управление в аульных общинах и "вольных” обществах

В ХVI-XVIII вв. на территории Чечни протекали процессы усложнения общественно-политической жизни как в традиционных «старых» горных аулах и обществах, так и в «новых», равнинных обществах (возникших главным образом в XVII-XVIII вв.). Если в горной части края к началу исследуемого периода мы имеем примерно 35 союзов аульных обществ, называемых в источниках и литературе «землицы», «вольные общества», а то и «республики» и «конфедерации», то в равнинной части края насчитывают по крайней мере до 9-10 крупных союзов обществ, часть из которых успели пройти стадию феодальных владений - княжеств.
Классических горских княжеств в стране сложилось четыре - Окоцкое, Чеченское, Брагунское и Герменчиковское (Девлетгиреевское). Однако, такие общества как Нижний Карабулак, Гехи и Качкалык будучи «крестьянскими республиками» применяли в отдельные периоды своего существования призвание князей инонационального происхождения. Кроме того, на рубеже XVIII-XIX вв. по Тереку возникают т.н. "частновладельческие аулы" основанные представителями горской титулованной и нетитулованной знати.
Собственно же Окоцкое владение (Аух) проделало в течение трех веков путь от типичного феодального "Юрта", до вольного общества под феодальным протекторатом эндерейских князей, а затем и самостоятельного образования в форме союза вольных обществ.
Система управления в союзах сельских обществ на территории Чечни, при некоторой региональной специфике и субъектных особенностях, носила некие универсальные черты и зиждилась на таких институтах, как: старшины (старейшины), жрецы, муллы и кадии, аульные сходы (позже называемые джамааты), советы старейшин и народные собрания союза обществ, региональные и общенациональные собрания называемые порой Мехк-Кхелл и просто «кхеташо».
Следует отметить, что важнейшим признаком суверенности того или иного общества являлось наличие четких границ. Складывание границ между отдельными сельскими общинами и союзами обществ, происходило в соответствии с географическими факторами, в ходе длительного освоения определенного территориально-хозяйственного пространства. Так, в горах: «Ядром такого объединения чаще всего, но не всегда, становится котловина или долина с примыкающими ущельями, водоразделами и плато, образующими самодостаточную экологическую нишу с четкими границами в виде водоразделов, русел крупных рек и т.п.» отмечает видный дагестанский историк А.Е.Криштопа.i
Согласно этнографическим наблюдениям в Ингушетии известного ученого этнографа Б.Далгата границы земель между отдельными селениями и целыми обществами утверждались порой путем принятия клятв и исполнения определенных обрядов сакрального характера. На расстоянии 0,5-1 версты на линии межевания ставились камни «ардырж» принесенные из святилищ; а где невозможно было мерить из-за рельефа "там мерят на глазомер, - отмечал Б.Далгат, - поэтому одному доставалось мало, другому много; потому-то кидали жребий …".ii
Свои наблюдения на эту тему приводит и другой автор начала ХХ в. - М.И.Иванов, путешествовавший по делам службы в горах Чечни. Он указывает, что общества (именуемые им «старшинства») Ялхарой, Акки, Галай и Нашах (Хайбах) «имеют в своем пользовании земли, расположенные в очерченных…границах, котловины, и кроме того значительную площадь нагорья,…с раскинувшимися на этом пространстве лугами, вплоть до границы вертикального распространения лесной растительности по северным свесам хребтов Болой-лам и Нашхой-лам…».iii
«Ущелье (ч1ож)», «гора (лам)», «плоскогорье, склон (шу, йист)», «территория, земля (мохк, латт)», включающие все топографические условия характерные для местопребывания больших и малых обществ Горной Чечни являлись пространственной формой их существования как человеческих сообществ. В структуру обжитой территории (чаще всего ущелья) «входили село, пашенные сенокосные угодья и леса, а так же вспомогательные жилищные комплексы при местах для осенне-весеннего и летнего выпаса скота».iv
Собственно расположение сел или более мелких поселений входивших в систему общества определялось несколькими факторами: так горцы стремились размещать селения на наиболее освещаемом и прогреваемом склоне горы, ущелья. Другими факторами были близость реки, родника и естественные оборонительные возможности рельефа.v Как правило, горные аулы Чечни не носили скученного характера, а представляли собой небольшие группы башен-усадеб с хозяйственными постройками.
Одно из таких селений где зачастую находилось и какое-либо святилище признавалось главным. «В Кистинских землях - писал С.М.Броневский … каждое колено разделяется на малые общества или союзы, заключающие в себе несколько деревень, из коих одна признается главою союза или сборным местом, и обыкновенно все общество называется по имени главной деревни».vi
Необходимо отметить, что в последние годы в кавказоведении сформировались некоторые общие представления о собственно горских союзах обществ как самоуправляемой гражданской общины, состоящей из вольных граждан объединенных в свои аульные джамааты и напоминающей демократические греческие полисы древности.vii
Джамаат состоял из узденей родственных линий («г1ар», «некъе») совместно владевших пастбищами, покосами,viii лесами и осуществлявших консолидированный суверенитет на определенной, исторически сложившейся территории. Джамааты в пределах данного горского общества функционировали на основе неписанного свода юридических правил - адата, а с укреплением ислама и норм шариата - мусульманского законодательства.
В отношении указанных выше «родственных линий» начиная с XV111 вв. в научной литературе используется термин «фамилия». Он употреблялся для обозначения иногда более "широкой группы родственников, иногда сравнительно ограниченной группы родственников, иногда для обозначения семейной общины".ix
Обычно главой таких фамилий в обществах Чечни являлись старшие по возрасту, либо наиболее влиятельные и опытные. Однако, реальная их власть дальше собственной семьи не распространялась; остальные «фактически ему послушны, хотя могут и не слушаться». И это проистекало во многом из-за раздельности имущества, наличия частной собственности отдельных семей на землю, скот и орудия производства.
В XV111 вв. роль старшин особенно рельефной и заметной выглядят в равнинной части Чечни. «Посоветовавшись с народом» чеченские старшины решали и сложные внешнеполитические вопросы и внутренние проблемы. К концу указанного века царские власти на Тереке предпочитают брать заложников - аманатов в залог «спокойствия» не от князей, а именно от старшин. В документах встречаются имена таких влиятельных лиц, как «первого старшины Аджи Бекея», «дер. Гребенчуковской Джавбатыр Зоришева», «дер. Атагинской Лечи Бертсланов», «дер. Карабулакской Цырка Дастков», «Амырханова броду от старшины Зорокая Бисолтанова» и т.д.x
В больших селениях, где жило по несколько фамилий, каждая выдвигала своего «старика» - медиатора, разбиравших спорные дела не только в кругу своих родственных линий, но и между фамилиями. Но исполнение их "приговоров" зависело от доброй воли соперников.
Конечно, существовал и фамильный эгоизм, преобладание «сильных» фамилий доминировавших в «демократических» собраниях, но в целом частные интересы сталкиваясь с общенародными интересами, уступали последним.xi
Важнейшим институтом общественной системы Чечни являлись народные сходы, на котором присутствовали все главы семейств («отцы»). Решения, принятые как в масштабе аула, так и в масштабе союза обществ признавались обязательными. Естественно, что на подобных собраниях первенствовали духовенство, старейшины, избираемые зачастую не из самых старших годами, а "из богатейших", влиятельный голос имели также "значительные" молодые людиxii.
В целом, институты т.н. «родовых» старейшин и народные собрания оставаясь первым органами «правительственной и судебной власти» Чечни имели потенциал превращения «в органы складывающейся государственности». Сход и советы «старейших» во всех горских обществах Кавказа совмещали функции правительства и суда. Система сходов и собраний была многоуровневой – от «совещания» фамилии до схода аула, от схода аула до собрания всего общества, региона и до народного собрания в масштабах всей страны. Различался только круг рассматриваемых и решаемых проблем.xiii
В качестве примера типичного народного собрания большого союза обществ можно привести описание конца XV111 в. данное П.Г.Бутковым по отношению к западнонахскому обществу «Ингуши». В собрание по призыву «бегола» (председательствующего) «является обыкновенно один человек из семейства, старик или молодой, кто случится дома…. Впереди садятся на запад, поджав ноги старики одной деревни… к ним таким же образом примыкают старики других деревень - и составляется круг; и позади стариков сидят молодые же…Такие собрания делают по общенародным делам или в случае военной тревоги, либо для деления земли под хлебопашенство и сенокосы», либо в частных громких случаях - воровство, убийство, примирения враждующих или определения размеров сборов и штрафов, отмечал П.Г.Бутков.xiv
Вместе с тем, в процессе развития общественных структур в Чечне проявлялись попытки укрепления патрицианских и аристократических начал, когда более сильные, состоятельные фамилии ставили в неравноправное, покровительствующее положение менее многочисленные фамилии. Подобные фамилии стремились и зачастую добивались, чтобы общественные должности переходили наследственно в пределах одной «фамилии».xv
Ярким примером аристократического начала служит в той же Чечне фамилия Алдамовичей в Чеберлое. В течение второй половины XV11 в. она практически господствует в Чеберлое. сооружает цитадели и замки, вступает в равноправные договорные отношения с соседними титулованными князьями Дагестана (в частности Турловыми).xvi Однако в результате неясных причин Алдамовичи полностью исчезают с политической арены до конца XVII в. Как бы то ни было, старшинская верхушка заняла в стране в XVIII в. «высшую ступеньку социальной лестницы».xvii
Следует отметить, что на территории Чечни рано стало выделяться и прослойка военных предводителей. В той же Горной Чечне именно в эпоху позднего средневековья складываются комплексы боевых и жилых башен характеризуемых как замки, цитадели и укрепленные поселки со всеми боевыми приспособлениями к осаде и обороне от нападения внешних врагов. Боевые башни снабжаются глухими подвалами с массивными железными цепями и ошейниками, в которые заковывали пленников.xviii
В различных регионах Горной Чечни сложился в XVI-XVII вв. цикл преданий о военных вожаках. Так, благодаря военному предводителю Меда из Кейн-Мохка, жившему не позже XVI в., игравшему видную роль как в Кее, так и во всем Галанчожском ущелье, произошло возвышение Кея и окружающих его обществ Горной Чечни.xix Не ранее XVII вв. и не позже XVIII в., в горах Галанчожа возвысились авторитетные вожди - тхьмада, которые возглавляли отряды делавшие набеги на кумыкских, кабардинских князей и на тогдашних союзников последних - западнонахские (ингушские) общества.
Предания сохранили имена вождей-тхьамад аккинцев Вокхала, Сьюйре и Лорса, кейца Солса, мержоевца Цицаха и орстхоевцев Макхала, Бюьрга и Ч1ожа. Особой известностью пользовался тот же предводитель отряда акинцев Лорс, совершавший набеги на Кабарду через земли Галгая. Видимо поэтому имя Лорса звучит и в галгайских преданиях, что еще раз говорит об исторической достоверности данного героя. Позже галгайцы и джераховцы стали поддерживать галанчожцев в борьбе с кабардинскими феодалами.xx
В тех же галанчожских обществах позднего средневековья происходила внутренняя борьба за лидерство патрицианских фамилий. Так, представители местных знатных родов из с.Энселишка добивались подчинения потомков знаменитого Меда, живших в «крепких башнях Зингилоя». Последний представитель данного рода Сулда-Вениг бежал от соперников в Кабарду, где при содействии кунаков своего отца подобрал надежный отряд, пробрался с ним в горы и перебил своих врагов.xxi

На последних этапах развития традиционного общественного уклада чеченцев (до образования государства - имамата Шамиля) выборы военных вождей приобретают на той же Чеченской равнине институциональные формы: "в обычных условиях старейшины, то есть те, кому перевалило за шестьдесят, решают на своих собраниях вопросы управления, судят тяжбы; при первом же сигнале к войне они на своем собрании выбирают молодого воина, который, благодаря доблести и хитрости, более всего достоин встать во главе воинственных соплеменников и тот, …получает из рук трех самых старейших членов собрания кольчугу и знаки обретенного сана".xxii

Высокой была роль местных старейшин (старшин) и в такой крупной конфедерации горных обществ как Шуьйта (Шатой/Шубут), где документы называют под 1628 г. такие имена как «Арасланко и Декитко», под 1642 г. «Дикеев сын Алха», в 1647 г. «Алги, Анак, да Ильдей с товарищи…». В 1658 г. в Москве при дворе царя Алексея Михайловича побывала шатоевская делегация в составе: «Алихан, Сусла, Алгян…». В отношении глав шатоевских поселений русские источники использовали различные социальные термины, как-то: «начальные люди», «выборные лучшие люди» (таковыми например, названы и представители «Мичкизской земли»), в 1762 г. в документах назван и «шубанский владелец Казий и сын его Маджи…».xxiii

Отдельно стоят в чеченской историографии имена представителей социально-общественной верхушки Ауха (Окоцкой земли) XVI-XVII вв. принадлежавших к титулованной горской знати. Если Ших-мурза Ишеримов и Батай Шихмурзин были владетельными князьями, то представители ауховской феодальной фамилии «Кохостровых /Костровых», имевших небольшое количество узденей (дворян) и подвластных крестьян относились к феодалам среднего ранга. Большая их часть в течение XVII в. «выезжала» на службу в Терский город, некоторые оставались жить в «старых Окохах», на положении первостепенных вассалов эндерейских князей.xxiv Естественно они имели свое место в системе управления аулами и общества в целом.

Как отмечает С.Ц.Умаров в известных источниках XVI-XVII вв. упоминается около 10 «окоцких» мурз, и один мурза из "мичкизян" - Сакуликов. Некоторые нахские уздени-аталыки владетельных служилых князей Сунчалеевичей в Терском городе (тот на Бикша Алев), сами имели узденские дворы.xxv

Следует указать, что в XVIII в. новым явлением для системы управления на территории Чечни стало усиление значимости и роли мусульманского духовенства.


Если в отдельных «деревнях» с одной мечетью были муллы, то в крупных аулах, где мечетей было «сколько обитает в оном фамилий» (живших в отдельных кварталах), один из мулл избирался в кадии (судья): «причем, не уверяются той ли он фамилии или другой, лишь бы был природный чеченец». Во главе духовенства больших обществ находился так называемый «духовный начальник» (муфтий - ?), скорее всего один из мусульманских богословов-алимов. Так, в 1783 г. таким "начальником" в Чеченском обществе был «аджи (хаджи-Я.А.) Нугай Мурза»xxvi.

Согласно данным конца XVIII - начала XIX в. «селения чеченцев управляются с согласия кадия старейшими по летам в каждом колене. В деле общем для всех племен чеченских соглашаются предварительно о месте, где быть совету. Больше собираются в селении Герменчик, а потому каждое селение посылают туда своего кадия и всякое колено своих стариков. Определению сего сейма все беспрекословно повинуются».xxvii
Таким образом, в течение трех столетий система общественного управления в Чечне проделывает путь от простых институтов народоправства языческого времени в горных обществах, до сложной иерархии фамилий, фамильных старшин, народных собраний, авторитетного исламского духовенства (внедрявшего шариат) и феодальной верхушки в форме титулованной аристократии в огромных обществах и владениях плоскостной зоны.

§ 2. Династия Турловых и феодальное устроение Чеченского княжества - государства

Подобно как образование норманских княжеств на славяно-финских землях Волхова и Ладоги на рубеже IX-X вв. привело к образованию государства Киевской Руси и способствовало складыванию русского народа, так и появление в середине XVII в. на левобережье р. Аргун (Северо-Восточный Кавказ) Чеченского княжества послужило укреплению единства нахов и сложению чеченского этнополитического ядра.

В этом плане уже русские авторы XIX в. опиравшиеся в основном на местные предания, писали что: «соединившись под властью князей (Турловых. - Я.А.) разноплеменное население Чечни составило довольно сильное общество, могущее, в случае нужды, противопоставить хорошее сопротивление враждебным соседям…

Выгодным переворотом в своей судьбе Чечня, несомненно и единственно, была обязана соединению своему под властию князей Турловых; и пока Чечня не стала сильна и могущественна, пока она нуждалась еще в одной сильной руке, … до тех пор власть князей уважалась».xxviii

Один из современных исследователей - дагестанский лингвист и историк Т.М.Айтберов впервые введший в научный оборот местные арабоязычные документы XVII-XVIII вв. о Турловых - пришел к выводу, что Турловы боковая ветвь аварских ханов-нуцалов, которая к концу XVI - нач. XVII в. утвердилась в качестве самостоятельных правителей округа Гумбет (включая Аргвани - некогда независимое владение) в северной части Нагорного Дагестана, а позднее к 40-м гг. XVII в. и в средней и нижней части течения Аргуна в Чечне. Тем самым образовалась некая аваро-чеченская феодальная федерация, которую Т.М.Айтберов определяет как "княжество-государство".xxix

Действительно, Чеченское феодальное владение, возникшее на Аргуне в середине XVII в. и просуществовавшее до конца XVIII в. сыграло значительную роль в истории народов Чечни и в их взаимоотношениях с Россией. Основателями княжества были выходцы из Аварии - князья Турловы, положившие начало ряду чеченских феодальных фамилий, что отмечено в историографии.xxx

К концу XVI в. правящий в Аварии нуцальский род разделился на три ветви: одна из них - потомство Каракиши - имела в своем уделе Гумбет (Баклулал) в Нагорном Дагестане. Отсюда представители правящей фамилии стали переселяться на территорию современной Чечни и к 40-м гг. XVII в. наследники Каракиши - Турловы появились на р. Аргун (правом притоке р.Сунжи), то ли по приглашению местного населения, как говорит о том фольклорная традиция, то ли по праву первой заимки.xxxi Здесь был основан аул Чечен («Чачан»), ставший центром Чеченского феодального владения. Приведем несколько извлечений из архивных документов XVII столетия: «И в прошлом же во 1651-м году генваря в 25 день по государеву указу про реку Сунжу на Москве допрашиван окольничей князь Венедикт Ондреевич Оболенский, а в допросе сказал: как де он князь Венедикт был на государеве службе на Терке (приблизительно между 1645-1649 гг. - Я.А.)xxxii и при нем де поселились было на Сунше реке уварские люди дале того места где поселились барагунские мурзы и он де князь Венедикт по челобитью терских и гребенских атаманов и казаков для утеснения, велел тех уварских людей городки разорить и их сбить и сена пожечь. И посли де того уварские люди на те места для селитьбы не бывали. А где де поселились барагунцы и то де место х казацким городкам ближе прежние уварских людей селитьбы».xxxiii

Следовательно, первоначально «уварские люди» поселились было в нижнем междуречье Терека и Сунжи (на левом берегу Сунжи), выше того места где закрепились брагунцы, но были изгнаны царскими властями по причине их столкновений с казаками. Тогда, по-видимому, Турловы и побосновались в низовьях правобережного притока Сунжи - р. Аргуна, откуда в 1658 г. направили в Москву устную челобитную через грузинского царя Теймураза: «Бил челом великому государю поданной его царского величества грузинской царь Теймураз Давидович: из горские де земли били челом великому государю на ево государево имя три брата - Загастунка да Алибечко да Алиханко, да племянник их Кучбарка, аманаты де их взяты на Терек, а ныне де они живут великого государя на земле Чачане. И о той земли били челом они великому государю, чтоб тое землю ево государевы люди у них не отъимали и не обижали и рыбу б им всякую ловить. И как и иные черкасы и казаки великому государю служат, так бы им государеву службу служить». В ответ на это обращение «великий государь пожаловал, велел им дать свою государеву грамоту, чтоб их никто не изобижал и рыбу им ловить».xxxiv

Известия ряда русских документов XVII в. «позволяют определить трех братьев-челобитчиков как аварских мурз Турловых и сообщают о «Чеченевской деревне», находившейся во второй половине XVII в севернее Шибутской земли, т.е. об ауле Чечен на левом берегу р. Аргун в нижнем ее течении».xxxv
Согласно семейному преданию Турловых, сообщенному в 1756 г., честь «открытия» поляны «Чачан-тала» (по существу центр Чеченской равнины) и первоначального ее освоения принадлежала среднему брату Алибеку: «И тогда упомянутый Алибек с подвластными ему людьми прибыл на поляну Чачан-тала и тут обосновался, сделав ее местом жительства».xxxvi
Фольклорная же традиция называет основателем селения Чечен и Чеченского владения исключительно Алихана Турлова («Турло Алха»).xxxvii Возможно, это объясняется ранней смертью Алибека, последовавшей до сентября 1665 г., когда в очередном официальном документе он перестает упоминаться, а называются только Загаштока «с братьями своими, с Алханом да с Уцмием и с Магоматом». Последние - Уцмий и Магомет (а также Айдемир и Шавкал) являлись на деле сыновьями Алибека, а не братьями Загаштоки и Алихана.xxxviii

Грузинский царевич Николай Давыдович (Ираклий) определил в 1665 г. владение Турловых на Аргуне, как «Уварское владение», подразумевая аварское происхождение Турловых, являвшихся родственниками аварского хана в Хунзахе. Грузинский епископ Епифаний, в том же 1665 г., проследовавший было по Аргуну, писал, что «блиско де того города (городище Чечен. - Я.А.) ныне поселился деревнею кумыцкой мурза Алкан, а на Тереке у него дан во аманаты племянник ево». Тем самым роль младшего из Турловых - Алихана, судя по сообщению Епифания, была не меньшей, чем Загаштуки.xxxix


К 1675 г. Алихан (судя по всему, последний из трех братьев оставшийся в живых) старший и единовластный владелец. Он пишется в документах уже как «чеченский Алхан мурза». Где-то во второй половине XVII в. один из его сыновей - Турлов («Турулав б.Али-хан»), был приглашен на правление в свое родовое дагестанское общество Гумбет (Баклулал) - «прибыл в край баклулальцев, по их просьбе, быть для них султаном». Вскоре, однако, он был убит в войне с соседями андийским правителем Али-бегом.xl

В 1707/8 г. мы находим правителем «в Чеченцах» бея Амирамзу. Этот титул, который привел один из башкирских султанов (Мурат Кучюков) попавший в Чечню свидетельствует, на наш взгляд, о главенствующем положении Амирамзы. Судя по количеству чеченского ополчения, указанного под 1708 г. - около 700 чел.xli по крайней мере в аулах Амирамзы насчитывалось не менее 700 дворов, ибо, как правило, в подобных военных сборах выставлялся один воин от двора.
Именно к 1707-1708 гг. относится первое известие о широком народном движении на Северном Кавказе, центром которого стал Чечен-аул и соответственно Чеченское владение. Чеченцы, признав духовным «владыкою» чингизида, башкирского хана Мурата Кучюкова появившегося на Тереке в ходе своего возвращения из посольства в Стамбул, организуют совместно с ногайцами и кумыками поход за Терек на враждебных калмыков,xlii а затем в феврале 1708 г. штурмом берут Терскую крепость.

В конечном счете горцы потерпели поражение под крепостью, а Петр Первый обязал калмыцкого хана Аюку совершить поход «к Тереку на чеченцев и на Терских ногайцев… и велел их разорить».xliii
К 1720 г. следует новое известие о «чеченцах»: оказалось, что они имеют «семь местечков и другие села и деревни, а владеет ими князь именуемой Тирлагов сын, который живет и княжует в местечке называемом Буюк Кент, …»xliv. Буюк-Кент или Бухан-юрт, более известный как аул Алда, назван таким образом резиденцией правящего князя, чье имя скрыто под родовой фамилией «Тирлагов (Турлов. - Я.А.) сын».

Позже, И.Гербер, русский автор XVIII в., обрисовав в своей работе о западном побережье Каспия некий «Чеченский уезд», главным князем назвал правителя «именем Казбулат». Данные И.Гербера относятся к 1728 г. Через 4-5 лет, в 1732 г., русский офицер Д.Ф.Еропкин центром Чеченского владения назвал, как-то было и в XVII в., «деревню» Чечен: «Деревня Чечен, а в ней владельцы: 1. Камбулат. 2. Амир-Гарзе. 3. Айдемир, да их владения деревни: 1. Хажиали-аул. 2. Астанкул. 3. Жатага. 4. Шихкирей. 5. Сурь. 6. Хамбат-аул. 7. Башен-баха-аул. 8. Алда».xlv
Со смертью старшего князя Казблата в 1732 г., убитого, по словам И.А.Гильденштедта, восставшими подвластными: «Хасбулат убит самими чеченцами»,xlvi старшинство перешло к князю Айдемиру Бардыханову. Другие обстоятельства связанные с феодальной фамилией, также характеризуют рост национального единства чеченского народа и требуют своего дальнейшего изучения. Так, из русских документов 1732 г. становится известным, что в июне-июле указанного года «под Чечен-аулом» произошло скопление от 8 до 14 тыс. горцев, в котором помимо плоскостных чеченцев, были «тавлинцы» (жители горных районов Чечни и Дагестана), ауховцы и кумыки. При этом, в роли руководителя выступал некий религозный авторитет «Аджи (хаджи. - Я.А.)» призывавший к походу на «неверных» горцев, с цеью утверждения ислама. Старшим князем в Чечен-ауле являлся тогда Казбулат (Хасбулат) полагавший, что данное «собрание» не имеет антироссийской направленности. Однако царские генералы направляют в Чечню воинский отряд, который Казбулат сопровождал и при его разгроме под Чечен-аулом был убит.xlvii

Следует отметить, что следующий старший чеченский князь Айдемир в 1733 г. собрал значительное горское ополчение в помощь 25 тыс. армии крымского царевича Фети-Гирея, двигавшейся в Иран через Северный Кавказ и Прикаспий. На переправах на р. Белой (Гумс), он разгромил с крымцами войска генерала Гессен-Гомбурского. Но в то же время два взрослых сына - Казбулата - Алибек и Алисултан, были в русском лагере.xlviii

В 1735 г. тот же Айдемир собирает силы уже против крымского хана Каплан-Гирея двигавшегося тем же маршрутом в Иран и имевшим неосторожность потребовать от Чечни не союза, а подданичества и «позорной дани» людьми. Предание утверждает, что на битву с ханом «Всех чеченцев, сколько было, / В Хан-Калу тогда собрали». Скорее всего, руководил сражением Айдемир, который перед этим постоянно нападал на хана отбивая лошадей и беря пленных. Благодарные власти впоследствии назначат ему и его узденям 300 рублей жалованья в год.xlix

В первой половине ХVIII в. в Чеченском владении, которое можно определить и как княжество-государство, сложились три феодальные фамилии - Турловы,Казбулатовы и Айдемировы. О том как делилось между ними управление княжеством владением ответ дают документы середины ХУШ в. Так, приехавший в Кизляр в 1746 г. чеченский владелец Чопан Турлов объявил о смерти старшего князя Айдемира Бардыханова и рассказал положении дел следующее: «после ево в Чеченском нашем владении наследниками остались мы, а именно: первое сродство я, Чопан Турлов, второе Албек и Алисултан Казбулатовы, третие после умершего владельца Айдемира осталось три сына (Арсламбек, Расламбек, Бардыхан. - Я.А.)… И у нас у трех фамилий владение Чеченское разделено на трое, а именно: Чеченскою деревнею (в данном случае имеется в виду "владение". - Я.А.) по обеим сторонам р. Сунжи владел бывший владелец Айдемир с племянниками Албеком и Алисултаном Казбулатовыми, а у меня имеется особливая удельная деревня, называемая Алда, в которой имеется 500 дворов. У нас же у трех фамилий имеетца под владением тавлинские деревни Гумпети (в Дагестане. - Я.А.), в которых с 1030 дворов…».l
Данные от ноября 1747 г., говорят, что владение было поделено окончательно на три части, за счет разделения Казбулатовых и Айдемировых: «оное Чеченское владение разделяется на три равные части… одною частию владеет Турлов, второю владеет Албек и брат ево родной Али Султан Хаспулатовы, а третю частию владеет Арасламбек, Айдемиров сын, з братьями. У них же имеется в горах одна тавлинская деревня Гунпети с протчими к ней принадлежащими малыми деревнями». Старшим владельцем был избран Алибек Казбулатов.li


Автор: Ахмадов Явус Зайндиевич
Раздел: История России
Дата публикации: 03.01.2014 00:53:28

1 | 2

Подписывайтесь на наш телеграм-канал
Вступайте в нашу группу в Вконтакте

Другие социальные сети:
ВК Твиттер Телеграм Я.Кью Я.Дзен Фейсбук Инстаграм



Поделиться материалом в социальных сетях:





Вас могут заинтересовать другие материалы из данного раздела:

Личность Михаила Романова в жизнеописаниях историка Н.И. Костомарова

Несколько лет назад массовые представления о российской истории напоминали заколоченный дом со строго дозированным поступлением света и воздуха через открытую форточку. Сегодня мощный сквозняк швырнул нам забытые факты, недоступные в прошлом мемуары и романы, эмоциональные размышления историков. Но вместе с тем пришли откровенная фальшь и случайные ошибки, ложь и неточности в фактах. Это относится и к истории дома Романовых. Были и «минусы»» и «плюсы». История никогда не была и не будет одноцветной, она наполнена гаммой разноцветья..

Читать

Патриотическое воспитание студенческой молодежи на примере князя Дмитрия Пожарского

Смутное время в России в начале XVII в. является знаковым явлением в отечественной истории. Его последствия в значительной степени определили характер и динамику последующего развития страны. Смута оставила неизгладимый след в сознании русских людей, стала для них важнейшей вехой исторической памяти..

Читать

Заключение // Очерк исторической географии и этнополитического развития Чечни в XVI-XVIII веках

Подводя итоги данного исследования, следует отметить, что исторический путь чеченского народа на протяжении трех веков (XVI XVIII вв.) был отмечен, прежде всего, расширением географической среды его обитания и завершением культурно хозяйственного освоения ареала заключенного между вершинами Кавказского хребта на юге и равнинным течением Терека на севере, бассейном Ассы верхнего течения Терека на западе и бассейном рр.Аксай Акташ на востоке..

Читать

Проблема столичного статуса Киева XI-XII веков.

Вопреки широко распространенному представлению о том, что Киев являлся столицей древнерусского государства, имеет место быть утверждение, объясняющее статус Киева как общерусского центра только в качестве митрополии константинопольского патриарха..

Читать

Южное Зауралье в годы Первой мировой войны

Начало августа 1914 года стало трагическим моментом для миллионов людей земного шара, в том числе и для России. Германия объявила войну России. 2 августа германские войска оккупировали Люксембург. Началась война с Францией. Отстаивая свои интересы, объявили войну Германии Англия, Канада, Новая Зеландия и другие страны. Так началась кровавая Первая мировая война. Свою работу хочу приурочить к 100-летию со дня начала Первой мировой войны..

Читать

Русское православие в первые десятилетия советской власти (на примере епархий Среднего Поволжья)

В год празднования 700-летия со дня рождения преподобного Сергия Радонежского мы все чаще обращаем свой взор на события начала XX века, на период масштабных, долгих и непрерывных гонений на Русскую Православную Церковь со стороны Советской власти. .

Читать

Сын великого Онара

Есть в глубинке необъятной России неприметная на первый взгляд деревушка с истинным марийским названием Олыкъял. Дословный перевод на русский – Луговая деревня (олык – луг, ял - деревня). Она расположена в Волжском районе, на стыке двух республик: Марий Эл и Татарстан. Деревня известна тем, что здесь родились и выросли два Героя: Герой Советского Союза Зинон Филиппович Прохоров и Герой России Валерий Вячеславович Иванов..

Читать

Будущий прелат. Часть IV. Начало пути.

Прожив около полутора месяцев в деревне Пасторы, Альфонс поехал не в Режицу, куда командировал его митрополит Эдуард Ропп, а в Ликсну. И обратился там к Антонию Спринговичу, исполнявшему в это время обязанности Генерального викарного по Латвии Каноник А. Спрингович дал указание Альфонсу выехать в Варково и временно служить викарным в местной церкви. Настоятелем её числился Иоанн Казенас, но в то время он на месте отсутствовал. .

Читать

Воспоминания ветерана войны

Великая Отечественная Война. Значение этих слов я начал понимать, когда мне было 5 лет, я впервые прочитал надпись «К 55 - летию Победы!». Написанную золотистыми буквами на сахарнице из чайного сервиза. От родителей я узнал, что речь идет о победе в Великой Отечественной войне. С тех пор, я начал обращать внимание на фильмы, литературные произведения, посвященные войне; они были пронизаны ужасом, кровью, слезами, но они вселяли в душу не только страх, но и гордость за Родину. .

Читать

Судьба моей семьи

История страны, история родного края, история семьи - тесными невидимыми нитями связаны эти понятия друг с другом. История страны складывается из истории городов, сел, поселков, в которых живут люди, а они-то своими делами, поступками, помыслами и творят историю. Я думаю, что каждая семья - это часть истории нашей страны. Мне кажется, что жить без Родины  невозможно. Когда я думаю о  ней, я сразу представляю себе  семью, предков,  позволивших сохранить для нас  мир, в котором мы живем. .

Читать

Искать на сайте:
Гость

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите ctrl+enter