Фонды Тамбовского областного краеведческого музея имеют в своей коллекции предметы древности, относящиеся к разным периодам истории. Помимо богатой коллекции мордовских украшений, оружия и сосудов, оружия скифо-сарматского периода, хранится коллекция артефактов абашевской культуры (сер. II тыс. до н.э.) из раскопок памятников Тамбовской области, проводившихся Н.Б. Моисеевым (курганы Староюрьевский в Староюрьевском районе; Первомайский в Первомайском районе; Пичаевский в Пичаевском районе, Селезни-1, Селезни-2 в Тамбовском районе; Графская курганная группа в Жердевскои районе, Шлихтинское поселение в Тамбовском районе), Т.Б. Поповой (Периксинское поселение в Тамбовском районе) и разведочные работы А.Т. Синюка (Староюрьевский район).[1]
Коллекция содержит разные археологические находки – ножи, наконечники стрел, псалии, рыболовные крючки, украшения и прочее, но в данной статье рассматриваются лишь керамические сосуды.
В общей сложности было изучено 40 сосудов 4-х форм: колоколовидные, горшковидные, острореберные, баночные (см. табл. 1). Среди них преобладают горшковидные сосуды – 14, баночных – 12, поровну острореберных – 7 и колоколовидных – 7. Сосуды имеют разные размеры. Самые крупные – колоколовидные сосуды (наибольший из них имеет размеры: высота – 26,5, диаметр тулова – 35 см). Несколько меньшие размеры имеют горшковидные сосуды (средние габариты этого типа сосудов - 8х12,5 см). Наименьшие параметры у острореберных и баночных сосудов (самые малые из них имеют размеры: 7х10 см и 6,5х7,5 см соответственно). Тесто сосудов содержит в качестве примеси толченую ракушку, песок и органические добавки.
Орнаментация сосудов весьма разнообразна. Основные элементы орнамента: отпечатки мелкозубчатого штампа, веревочки, разнонаправленные и волнообразные расчесы, прочерченные линии, насечки. Наиболее часто встречающимися мотивами орнамента являются зигзаги, треугольники, заполненные зубчатым штампом, елочка, ромб, бахрома, уточка, Т-образный мотив орнамента. В оформлении сосудов присутствует и технологическая составляющая: ногтевые защипы, сквозные отверстия, разнонаправленные расчесы. Кроме того, было обнаружено небольшое количество сосудов без какого-либо оформления.
Изучение орнаментации показало, что одни сосуды были украшены более сложным орнаментом (более двух мотивов), другие - простым (меньше двух мотивов). Сопоставление формы сосудов с их орнаментацией (см. табл. 2) позволили выделить следующую закономерность: наибольшее количество сложных орнаментальных узоров выявлено на острореберных сосудах – на 5 из 7 обнаруженных (5/7). Простая - присутствует лишь на 2-х острореберных сосудах (2/7). На сосудах этой формы встречаются такие элементы орнамента, как: насечки, прочерченные и волнообразные линии; мотивы орнамента – бахрома, зигзаг, елочка, вдавления, треугольник; технологическая составляющая – сквозные отверстия. Не встречались вовсе такие элементы орнамента, как веревочка; мотивы орнамента – ромб; технологический прием оформления – ногтевые защипы. Сосуды, не имеющие орнамента, также обнаружены не были. Исследование орнаментации этого вида сосудов позволяет судить о наиболее часто встречающихся сочетаниях элементов и мотивов орнамента: элементы орнамента – линии+насечки, ямочные вдавления → мотив – зигзаг. Это наиболее часто встречаемые сочетания дополняются и другими элементами.
Заметный численный перевес в сторону простой орнаментации просматривается на горшковидных сосудах – 7 из 14. Чуть меньше выявлено керамических изделий со сложной орнаментацией – 6 из 14. На горшках можно встретить следующие элементы орнамента: вдавления, линии, насечки; мотивы орнамента – треугольник, зигзаг. Был обнаружен 1 сосуд, не имеющий орнаментации вовсе. В ходе исследования было выявлено, что на керамических сосудах данной формы чаще встречаются такие сочетания, как: элементы орнамента – линии + вдавления → мотив – зигзаг; элементы орнамента – насечки → мотив – треугольник; элементы орнамента: линии → мотив – зигзаг; элементы орнамента – линии → мотив – треугольник. Сочетания могут дополняться и другими элементами и мотивами орнамента.
Одинаковое количество сложных и простых элементов орнамента представлено на колоколовидных формах (по 3 экземпляра из 7 сосудов). Колоколовидные сосуды имеют следующие элементы орнамента: вдавления, линии, веревочные отпечатки; мотивы орнамента – уточка, зигзаг, треугольник. И 1 сосуд не имеет орнамента. Наиболее часто встречаемыми являются следующие сочетания: элементы орнамента – линии → технологический прием – расчесы, которые дополняются другими элементами и мотивами.
Явное численное превосходство простой орнаментации над сложной можно заметить на баночных сосудах – 4 из 12. Сложные орнаменты представлены на 2 из 12 сосудов. Половина сосудов баночной формы вовсе лишена орнаментации. Баночные сосуды украшены следующими элементами орнамента: насечки, линии, отпечатки веревочки; технологический прием: ногтевые защипы. Чаще встречаются следующие сочетания элементов: элемент орнамента – линии → технологический прием – расчесы. Дополняется данная орнаментация и другими элементами.
Необходимо отметить, что в процессе изучения керамического материала была выявлена еще одна закономерность: орнаментальные мотивы, зачастую, могут повторяться на сосудах разных форм (см. табл. 3). Чаще всего элементы и мотивы орнамента горшковидных сосудов повторялись на острореберных сосудах (7 совпадений). Немного реже повторения встречаются на колоколовидных сосудах (6 совпадений). Меньше всего на баночных сосудах (2 совпадения).
Что касается острореберных сосудов, то в большей степени элементы и мотивы орнамента имеют сходство с орнаментацией горшковидных (7 совпадений), а с баночными и колоколовидными сосудами сходство представлено в равной мере (по 4 совпадения).
Сосуды, имеющие колоколовидную форму, по элементам и мотивам орнамента схожи с горшковидными сосудами (6 совпадений). Не так часто совпадения встречаются с острореберными сосудами (4 случая). Реже обнаружено сходство с банками (2 случая).
Говоря об орнаментации баночных сосудов, необходимо отметить, что чаще всего их элементы орнамента соответствовали таковым на острореберных формах (4 совпадения). В равной мере совпадения с элементами орнаментации встречались на горшковидных и колоколовидных сосудах (по 2 совпадения соответственно). Совпадений в мотивах орнаментации не было.
Выводы:
В ходе исследования 40 сосудов доно-волжской абашевской культуры, обнаруженных на памятниках Тамбовской области, было выявлено, что большим количеством представлены горшковидные и баночные сосуды. Чаще всего на них встречались такие элементы орнамента, как – прочерченные линии, а мотивы орнамента – зигзаг; присутствовал и технологический прием оформления – разнононаправленные расчесы. Реже были обнаружены такие элементы орнамента, как насечки, вдавления, а мотивы орнамента – треугольники. В редких случаях встречались такие элементы орнамента, как отпечатки веревочки, а мотив – елочка, бахрома; присутствовал технологический прием оформления – сквозные отверстия. Единичными являются такие украшения сосудов, как: элементы орнамента – волна; мотив орнамента – ромб, уточка, Т-образный орнамент; технологический прием оформления – ногтевые защипы. Небольшое количество сосудов было вовсе лишено орнамента.
Необходимо отметить, что наиболее богато орнаментированные из всех форм сосудов являются острореберные. На данном типе сосудов наиболее часто встречаются сложные сочетания элементов орнамента. На острореберных сосудах присутствуют такие мотивы орнамента, как волна, елочка, бахрома, которые не так часто встречаются на других типах сосудов. Интересен также тот факт, что неорнаментированных сосудов этой формы обнаружено не было. Равное количество колоколовидных сосудов орнаментированы поровну сложными и простыми орнаментами, есть не орнаментированные изделия. Можно отметить небольшой перевес простого орнамента среди горшковидных сосудов. Есть неорнаментированные сосуды. Баночные в большей степени украшены простым орнаментом, половина от общего числа этих сосудов не имеют орнамента вовсе.
Наиболее богатой орнаментацией, а также большим количеством повторяющихся элементов и мотивов орнамента, обладают горшковидные и острореберные, горшковидные и колоколовидные сосуды. Этот факт может свидетельствовать о том, что данные сосуды предназначались для ритуальных целей и, вероятно, были изготовлены именно для этих целей.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что рассмотренные сосуды были изготовлены в начальный период существования абашевских племен. Это подтверждается и формами сосудов, характерными для этого этапа развития абашевской культуры, а также элементами и мотивами орнамента. Примеси также являются типичными для раннего этапа развития культуры.
Таблица 1.
Количественное распределение сосудов по формам.
Мотив орнамента
Колоколовидные
Острореберные
Банки
Горшки
Зигзаг
+
+
-
+
Треугольник
+
+
-
+
Елочка
-
+
-
+
Ромб
-
-
-
+
Бахрома
+
+
-
+
Уточка
+
-
-
-
Т-образный
+
-
-
-
Волна
-
+
-
-
Веревочка
+
-
+
+
Вдавления
+
+
-
+
Насечки
-
+
+
+
Линии
+
+
+
+
Зубчатый штамп
+
-
-
-
Ногтевые защипы
-
-
+
-
Расчесы
+
-
+
-
Отверстия
-
+
+
-
Без орнамента
+
-
+
-
Таблица 2. Соотношение форм сосудов с оформлением поверхности.
Тип сосудов
Горшковидные
Колоколовидные
Острореберные
Баночные
Горшковидные
-
6
7
2
Колоколовидные
6
-
4
2
Острореберные
7
4
-
4
Баночные
2
2
4
-
Таблица 3. Случаи совпадения орнаментации на сосудах разных форм.
[1] Автор выражает благодарность Н. Б. Моисееву и А.Т. Синюку за предоставленную возможность использования и частичной публикации материалов их раскопок.
[2] ПП-57 –раскопки Т.Б.Поповой, 1957 г.;
[3] Ст.-70 – разведка А.Т. Синюка, 1970 г.;
[4] ПК-88 –раскопки Н.Б. Моисеева, 1988г.;
[5] ШП-90 – раскопки Н.Б. Моисеева, 1990г.;
[6] СК-91 –раскопки Н.Б. Моисеева в , 1991 г.;
[7] ГКГ-92 – раскопки Н.Б. Моисеева, 1992 г.;
[8] СК-97 – раскопки Н.Б. Моисеева, 1997 г.;
Раздел: Археология Дата публикации: 23.08.2013 02:20:06
Вас могут заинтересовать другие материалы из данного раздела:
К вопросу о специфике материалов поселения Лебяжинка III.
Воротничковая керамика энеолитического времени, содержащаяся в материалах Волго-Уральских коллекций неоднородна. Она различается размерами сосудов, формой (сечением) воротничка, фактурой, составом формовочных масс, элементами и мотивами орнамента, особенностями заполнения орнаментального поля. Уже по итогам раскопок Виловатовской стоянки был поставлен вопрос об её неоднородности и потенциальном разделении на этапы (Васильев 1980, с. 31)..
Развитие института женщин-«литейщиц» поволжских финнов в эпоху средневековья
Одной из ярких особенностей, маркирующей культуру поволжских финнов эпохи средневековья, являются захоронения женщин с литейными принадлежностями (льчками, литейными формами, кусочками металла). На других территориях, в большинстве случаев пограничных с финно-угорским населением) они встречаются редко, не имеют строго стандартного набора и определенного местоположения в погребении .
К ВОПРОСУ О ЗНАЧЕНИИ МАТЕРИАЛОВ РАННИХ МОГИЛЬНИКОВ НИЖНЕГО ПРИМОКШАНЬЯ В ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ ПОВОЛЖСКИХ ФИННОВ.
Разработка проблем происхождения и ранней этнической истории финского населения западной части Среднего Поволжья породила весьма широкий круг вопросов. Позиции отдельных исследователей на их разрешение носят во многом дискуссионный характер..
К ВОПРОСУ ОБ АРЕАЛЕ ЕЛШАНСКОЙ КУЛЬТУРЫ (на основе анализа керамических комплексов)
На сегодняшний день известно около тридцати памятников содержащих керамику елшанской культуры. Часть из них образует достаточно компактное скопление на территории Самарской, Оренбургской и Ульяновской областей, другая часть простирается далеко на запад и северо-запад от Среднего Поволжья..
Романский меч из Кельгининского могильника в Республике Мордовия
В 2010-2011 гг. в Серпуховском историко-художественном музее проходила выставка «На окских рубежах Древней Руси», на которой были представлены археологические находки и предметы из частных коллекций с территории Среднего и Нижнего Поочья. Среди экспонатов из частных коллекций был представлен меч, найденный местными жителями села Зарубкино Зубово-Полянского района Республики Мордовия на территории села в карьере. Меч выпал из осыпи. На территории села с начала XX века археологами велись исследования средневекового мордовского могильника, получившего название Кельгиниский (10-13 вв., 17-18 вв.). Находку меча надо связывать с погребальным инвентарем одной из могил. До момента поступления на выставку меч был расчищен находчиками..
Археологические памятники мордвы к юго-востоку от г. Пензы (предварительное сообщение)
Окрестности г. Пензы уже довольно давно привлекали внимание археологов. О том, что на территории, занятой до настоящего времени лесной растительностью, к во-стоку от г. Пензы, прослеживаются следы древних поселений, было известно, по мень-шей мере, с конца XIX века. В этом районе в 1890-х гг. работал В.М. Терехин, член Пен-зенского губернского статистического комитета, краевед и археолог-любитель, а в 1920-х гг. вела раскопки Н.И. Спрыгина, сотрудница Пензенского краеведческого музея, крае-вед и археолог (Белорыбкин, Кишинская, 1995, с. 6-8). После 1920-х гг. интерес исследо-вателей к окрестностям города Пензы на некоторое время ослабел, однако в 1950-х гг. эта территория попадает в поле зрения М.Р. Полесских, профессионального археолога, сотрудника Пензенского краеведческого музея. .
В 2011 году в Вурнарском районе Чувашии, на длинном узком мысу надпойменной террасы р. Ср. Цивиль между деревнями Сендимиркино и Буртасы краеведом И.Г. Павловым были найдены предметы, относящиеся к женским нагрудным и головным украшениям конца раннего железного века, которые были сданы в Чувашский государственный институт гуманитарных наук. С целью проверки данного местонахождения в мае 2012 года отрядом Археологической экспедиции ЧГИГН (Н.С. Березина, Е.П. Михайлов, Н.С. Мясников) были проведены разведывательные работы. В результате был обнаружен могильник II-III вв. н.э. и предшествующее ему селище того же периода. В июне 2012 года АЭ ЧГИГН в составе Е.П. Михайлова и Н.С. Мясникова при участии научного сотрудника Института истории АН РТ Д. Г. Бугрова (Казань) проводила дополнительные исследования на данном археологическом памятнике. Общая площадь раскопа составила 56,25 м²..
Вклад А.Е. Алиховой в изучение золотоордынского города Мохши (историографический обзор)
Золотоордынский город Мохши, располагавшийся в Примокшанье, на территории, которую в настоящее время занимает п. г. т. Наровчат, районный центр Пензенской области, был открыт А.А. Кротковым в начале ХХ века. Этому археологическому памятнику его первооткрывателем был посвящён ряд научных статей, в которых была восстановлена основная канва истории этого города. А.А. Кротков заложил добротную основу для дальнейшего изу-чения Мохши. Он охарактеризовал экономическое и политическое значение этого города, сделал ряд предположений относительно этнокультурного со-става населения, проживавшего в Мохши в золотоордынское время, и, в об-щих чертах, наметил планировку этого города. До настоящего времени ос-новные положения, выдвинутые А.А. Кротковым, в ходе работы над матери-алами, полученными во время работы на территории Наровчата и в его окрестностях, остаются почти без изменений и признаются верными боль-шинством исследователей. Серьёзной корректировке был подвергнут только план золотоордынского города Мохши, подготовленный А.А. Кротковым. Уточнение этого плана связано с деятельностью Анны Епифановны Алиховой. .
ТЕКСТИЛЬНЫЕ ИЗДЕЛИЯ ИЗ ЧУЛКОВСКОГО МОГИЛЬНИКА: К ВОПРОСУ О МЕЖПЛЕМЕННЫХ КОНТАКТАХ МУРОМЫ
Чулковский могильник муромы расположен на левом берегу реки Тужи (правый приток р. Оки), неподалеку от д. Чулково и Звягино Вачского района Нижегородской области. Он был открыт в 1959 г. Е. А. Безуховой (Халиковой), впервые исследовался в 1974 г. экспедицией Мордовского государственного университета под руководством М. Ф. Жиганова (было изучено 9 погребений) (Авдеев и др., 1975. С. 132). Широкомасштабные раскопки могильника велись в 1985-1992 гг. под руководством В. В. Гришакова, всего было исследовано около 100 погребений (Гришаков, 1986)..
Погребальный ритуал женских погребений Усть-Узинского 2 могильника III-IV вв. в Верхнем Посурье
Погребальный обряд в период формирования древнемордовской культуры до настоящего времени не являлся предметом специального анализа, в ряде работ он рассматривался в контексте публикаций конкретных памятников. Определенная работа в этом направлении была проделана В.И. Вихляевым на материалах пензенской группы могильников (Вихляев, 1977), которая опиралась на результаты раскопок М.Р. Полесских 50–60-х. гг. XX в., методика которых вызывает неоднозначные оценки..